dc-summit.info

история - политика - экономика

Суббота, 23 Сентября 2017

Последнее обновление в09:39:25

Вы здесь: Темы Внешняя политика Европейский «ЦеКа» постановляет...

Европейский «ЦеКа» постановляет...

Европейский «ЦеКа» постановляет...

В почившем более двадцати лет тому назад в бозе СССР, как известно, существовала однопартийная система. Коммунистическая партия, бывшая единственной легальной политической организацией в стране, играла роль, как тогда говорили, "руководящей и направляющей" силы, в директивной форме, не предполагавшей ни малейшей дискуссии, предписывая органам государственного управления, что и как каждому из них и всем им вместе следует делать. Воля партии оформлялась по-разному, например, в виде решений партийных съездов и пленумов, которые всем коммунистам и беспартийным следовало в обязательном порядке старательно изучать. Часто она обретала форму постановлений Центрального Комитета – ЦК – КПСС. По ним страна жила от съезда до съезда, от пленума до пленума.

Считалось, что советский ЦК всегда знает, что предпринять для того, чтобы снять с повестки дня очередную проблему, чтобы советским людям жилось лучше, чтобы жить стало веселее. Каждое очередное его решение объявлялось официальной пропагандой "историческим". Такая установка ничуть не изменилась даже в то время, когда СССР на полном ходу полетел к своему краху, а условия жизни его граждан ухудшались буквально день от дня. До самого последнего дня существования КПСС ее Центральный Комитет продолжал штамповать постановления, поддерживая иллюзию того, что они на что-то, действительно, влияют и способны что-то изменить.

С реальной жизнью предписания ЦК правящей партии соотносились далеко не всегда и не во всем. Бывало, что никак не соотносились. Жизнь шла своим чередом, становясь для простых людей все тяжелее и тяжелее, цековские же решения развивались согласно своей собственной логике, отражая не столько саму реальность, сколько ее восприятие коммунистической властью под углом зрения коммунистической догмы.

СССР в свое время был наиболее успешным и привлекательным интеграционным проектом для народов Восточной Европы, Прибалтики, Средней Азии, Закавказья, а если учесть социалистический лагерь, – то и для стран Европы Центральной и Юго-Восточной. Ныне он в прежнем виде себя исчерпал. С точки зрения интеграционных устремлений и перспектив оставшееся вакантным после распада Советского Союза место самого стоящего и перспективного проекта объединения занял Союз Европейский. Который в последние годы столкнулся с весьма серьезными проблемами, из разряда тех, что подкосили его предшественника с европейского Востока.

У стороннего наблюдателя, желающего объективно оценить происходящее, не "болея" ни за ЕС, ни против него, не может не сложиться впечатление, что Евросоюз в последние годы все в большей мере напоминает "горбачевский" СССР. Одно из проявлений этого – саммиты первых лиц стран-членов Евросоюза, которые называются "Европейским советом", но от которых веет духом достославного ЦК КПСС. Та же претензия на монопольное обладание, говоря языком горбачевской "перестройки", истиной в последней инстанции. Та же самая оторванность от реальности, та же зацикленность на себе, та же неизвестно откуда взявшаяся вера в собственную непогрешимость, позволяющую вершить судьбами миллионов людей. И та же воинствующая безответственность, облеченная в благообразную форму заботы о "светлом будущем" Европы и европейцев.

Состоявшийся в последние дни июня в Брюсселе очередной саммит-"пленум" европейского "ЦеКа" точь-в-точь, как его предтеча из СССР, принял новый пакет "исторических" решений, связь которых с реальной жизнью большинства европейцев и с действительными проблемами единой Европы спорна, чтобы не сказать – сомнительна. Решения направлены на то, чтобы коренным образом изменить ситуацию, остановив кризис и, как по мановению волшебной палочки, нейтрализовав его негативные последствия, однако, ограничиваются вмешательством только в одну, очень-очень узкую, сферу финансово-экономической деятельности – в банковский сектор.

Речь идет о выделении 100 млрд. евро на рекапитализацию банковского сектора Испании и о введении нового механизма предоставления финансовой помощи из фондов ЕС отдельным странам, в него входящим. Теперь это можно будет делать, минуя национальные правительства, напрямую от евроструктур соответствующего профиля – к банкам той или иной страны.

Простым гражданам Европы ни одна, ни другая новация ничего не дает и оптимизма в условиях все более суровых для большинства из них кризисных будней не прибавляет. Даже для испанцев от притока в их страну столь значительного дополнительного финансового ресурса ни жарко, ни холодно: никто из них ни цента из этих денег не увидит и не почувствует. А вот оказаться втянутыми в долгую и нудную процедуру обслуживания кредитов и займов и возвращения долгов многие из них вполне могут. Такова система, в которой им приходится жить. Такова логика "кругооборота" денег в обществе либерально-рыночного капитализма, бал в котором правит крупный финансовый капитал, не признающий никаких государственных границ, мало пекущийся о благосостоянии и душевном равновесии людей.

Балансирующая на грани провала-развала единая Европа с еврозоной, ставшей зоной повышенного риска, после брюссельского саммита перевела дух. Еврочиновники с большим (или "глубоким", если использовать один из штампов, бытовавших в СССР) удовлетворением подумали о том, что вот-вот начинающийся сезон летних отпусков удалось, к счастью, спасти. Тем не менее, сильно радоваться или ликовать, а тем более, почивать на лаврах европейцам вряд ли стоит. Угрозы, нависающие над экономикой и финансами ЕС, сохраняют свою актуальность и остроту. Лето пролетит, и к теме нейтрализации этих угроз и минимизации их негативных последствий придется возвращаться снова.

Стратегическая установка единой Европы и наиболее мощных европейских экономик на продолжение жизни в кредит, в долг сохраняется. Таким образом, консервируется и та система, которая, собственно, и привела к сложившейся в настоящий момент ситуации, когда приходится думать не о устойчивом развитии и о модели роста, а в поисках спасительной соломинки делать выбор между большим и меньшим из зол.

Жизнь в долг или в кредит равносильна жизни за чужой счет. Это выгодно тем, кто живет за счет других, но невыгодно тем, кто оказывается в числе тех, за чей счет живет кто-то другой. Первых – меньшинство, вторых – подавляющее большинство. О каком равенстве можно говорить при таком раскладе? О какой солидарности? О каких общих целях и ценностях?

Июньский саммит "европейского ЦеКа" в Брюсселе еще раз наглядно показал, что ЕС и впредь намерен увеличивать разрыв между богатыми и бедными. Как между людьми и между социальными группами и прослойками в каждой из стран-членов, так и между разными странами-членами. А также, само собой разумеется, между странами ЕС и остальными, теми, кого европейцы зачисляют в разряд своих "соседей", "партнеров" и т.д., и т.п. Украина, кстати, на свою беду относится именно к числу последних.