dc-summit.info

история - политика - экономика

Пятница, 19 Октября 2018

Последнее обновление в09:39:25

Вы здесь: Темы Внешняя политика Евросоюз на коленях, БРИКС - на подъеме

Евросоюз на коленях, БРИКС - на подъеме

Евросоюз на коленях, БРИКС - на подъеме

После более чем полувека позитивной динамики политического и экономического развития, а также мощного рывка в виде триумфального расширения в 2000-е годы Европейский Союз забуксовал. Положение дел ухудшается день ото дня, одни плохие прогнозы сменяются другими – еще худшими. Серьезнейшая угроза нависла над тремя "китами", на которых зиждется единая Европа: евро, Шенгенская зона, Лиссабонский договор.

В то время как официальный Киев в лучших традициях "многовекторного" хуторянства Л.Кучмы продолжает смотреть на географический и политический Запад в лице ЕС, как кролик на удава, вопреки совету известного литературного персонажа, делая из него культ, не прячя ни восхищения всем тем, как "у них", ни комплекса собственной неполноценности, – в самой Европе дела идут все хуже и хуже. Напряженность нарастает с каждым месяцем. "Черным" для ЕС может оказаться и август или октябрь текущего года, и январь или март будущего.

Тучи над объединенной Европой не сгущаются, а давно сгустились, и плотность их концентрации в европейском небе превзошла самые скверные ожидания самых закоренелых пессимистов. Трещины в стенах общего европейского дома становятся все глубже, всерьез грозя переброситься на его фундамент. В мире заговорили о "параличе европейского проекта" и о приближении "Великой европейской депрессии". "Черный" сценарий для Евросоюза, предполагающий для него в целом и для ряда его стран-членов потрясения, близкие к катастрофическим, не исключающий его коллапса, анализируется сегодня самым серьезным образом и со всей предметностью. Вслед за Грецией вплотную к финансово-экономической и социальной бездне придвинулась Испания. На очереди – Португалия и Италия. Почти во всех европейских странах в моде сегодня кризисные менеджеры. Все активнее зазывают их и в Брюссель. Дело зашло настолько далеко, что катастрофу объединенной Европы многие склонны рассматривать не просто как один из возможных сценариев, а как едва ли не единственный путь, на который вот-вот свернет новейшая европейская и мировая история.

На Печерских холмах проблем и бед западных соседей в упор не замечают, словно их и нет вовсе. Евроэйфория остается модным трэндом во всех без исключения высших органах украинской государственной власти. В СССР так не любили коммунизм, как в Украине обожают евроинтеграцию! Несмотря на то, что еврооптимизм в самой Европе трактуется сегодня не иначе, как первая стадия слабоумия, не проходит недели, чтобы кто-нибудь из наших высокопоставленных чиновников, включая президента, премьер-министра, главу парламента, не подтвердил своей преданности стратегии европейской интеграции и курсу на сближение с Евросоюзом. "Глупцы или слепцы!", – мог бы воскликнуть кто-то из доверчивых читателей. И оказался бы неправ. Секрет упорства "донецкой" власти в ориентации на Европу вопреки украинским национальным интересам не в глупости (кое в чем поумнее нас с вами будут!), а в наличии у нее особого, тайного, мотива.

Призыв одного из героев кинокомедии "Кавказская пленница", якобы, ратовавшего за сохранность того, что ранее именовалось "социалистической собственностью": "А ты не путай свою шерсть с государственной!", – сохраняет свою актуальность и поныне. Путали и путают! Придумывая все новые и новые преференции для своей "шерсти" за счет государственной. В основе евроинтеграционной горячности Киева, в условиях глубочайшего кризиса ЕС со всей очевидностью противоречащей всякой логике лежат экономические расчеты и планы украинских олигархов, а также их желание использовать Европу (то ли по ее доброй воле, то ли "в темную", это уж как получится) – в качестве щита от посягательств на их бизнес-интересы со стороны крупного российского капитала. Именно его в их среде принято почему-то считать главным, самым опасным и коварным, конкурентом.

"Черный" сценарий для ЕС выглядит еще чернее и еще драматичнее в контексте того относительно устойчивого и динамичного развития, которое в последние годы демонстрирует такая международная структура, как БРИКС, и в сохранении которого не только в коротко- и средне-, но и в долгосрочной перспективе не сомневается большинство экспертов и наблюдателей. Если верить прогнозам, то к 2015 году торговый оборот внутри БРИКС достигнет потрясающей воображение цифры в 500 миллиардов долларов, причем, преимущественно в их собственных национальных валютах, а к 2050-му страны БРИКС будут давать почти 40% мирового ВВП, войдут в первую пятерку наиболее развитых экономик мира. Целый ряд других цифровых показателей объединения выглядит не менее солидно и внушительно.

Именно БРИКС в наше время дает позитивный пример такого же масштаба и такой же убедительности, какой в свое время давал Европейский Союз. Именно БРИКС претендует на роль одного из новых мощных полюсов многополярного мира, идущего на смену нынешнему однополярному ("Pax Americana"). И одного из новых интеграционных центров, готовых заменить те из старых, которые утратили былую интеграционную привлекательность, как это случилось в 60-е годы ХХ века с Британской империей, в 90-е – с СССР, а в 10-е годы века ХХІ происходит на наших глазах с Евросоюзом.

Убедительным свидетельством того, что БРИКС неуклонно набирает высоту и прибавляет в весе, являются все более настойчивые и откровенные апелляции, требования, претензии – и словом, и делом – от его имени и от имени стран, в него входящих, к ведущим акторам системы международных отношений – США, ЕС, Германии. И даже, может, не столько сами по себе они, как тот факт, что никто из "великих" не чувствует себя вправе просто отмахнуться от позволяющего себе недопустимые для других вольности геополитического "юниора", сделав вид, что обращение адресуют не ему.

БРИКС заявляет все более жесткие и обоснованные претензии на то, чтобы покинуть "второй" эшелон, занятый обеспечением "золотого" миллиарда ресурсами, и занять достойное место в эшелоне "первом". Страны, входящие в него, в последнее время позволяют себе многое. Например, быть в открытой, чтобы не сказать демонстративной, оппозиции в отношении экономической и валютной политики ЕС и США, которую члены БРИКС квалифицируют как экспансионистскую, а президент Бразилии Д.Русеф публично называет "спекулятивной". Бразилия, Россия, Индия, Китай, Южно-Африканская Республика все чаще и последовательнее выступают с согласованной независимой позицией по все более широкому кругу важнейших вопросов международной жизни. В том числе – внутри G-20, в состав которой все они, как известно, входят. Хотя каждая из стран при этом защищает, в первую очередь, себя и отстаивает собственные интересы, их объединяет общая цель: совершенствование существующей ныне модели мировой торговли и финансово-экономической системы, основанной на доминировании и диктате ведущих центров силы и финансовой мощи.

Хозяева современного мира вынуждены идти на все новые и новые послабления и уступки для стран, входящих в БРИКС, строить отношения с каждой из них с учетом не только своих, но и их интересов, на основе не противостояния и конфликтности, но разумного компромисса равного с равным или, по крайней мере, почти равным. БРИКС недавно увеличил свою долю во Всемирном банке с 44 до 47%, а в МВФ – с 39,5 до 42,25%.

Если верить оценкам объективным, сдержанно-оптимистическим, то у этого объединения сегодня весьма ощутимые результаты экономического развития и очень неплохой потенциал для дальнейшего роста. Если же прислушаться к мнению оптимистов "несдержанных", то все то, что происходит сегодня в странах БРИКС, можно будет с полным правом назвать экономическим чудом, выглядящим тем более удивительно оттого, что оно наблюдается в условиях глобального финансово-экономического кризиса, краха целого ряда национальных экономик, падения объемов торговли и пр.

Понятно, что прямое сравнение ЕС и БРИКС сегодня вряд ли корректно не только потому, что всякое сравнение, как известно, хромает, но и по той причине, что степень внутреннего единства и его институциональной формализации этих межгосударственных объединений очень разная. В значительной мере отличается и "идеологическое" обеспечение двух проектов. Страны БРИКС еще даже не думали браться за формулирование концептуально-ценностных, основ своей общности, которые могли бы быть противопоставлены изжившей себя доктрине неолиберализма. Тем не менее, уже сейчас очевидно, что в перспективе ими может быть предложен гораздо более прочный, гармоничный и справедливый фундамент мироустройства, чем тот, на котором пытались выстроить свой "новый мировой порядок" Соединенные Штаты Америки. Речь идет о "консенсусе наций", идущим на смену "Вашингтонскому консенсусу" как инструменту гарантированного доминирования транснациональных корпораций и неограниченной свободы спекулятивного капитала при сведении до минимума роли национальных государств ради обеспечения беспрепятственного функционирования модели глобального рынка, основанной на принципе "накопления через изъятие".

Свой потенциал страны БРИКС и каждая в отдельности, и все вместе совместными усилиями, в том числе – скоординированными, продолжают наращивать. Перспективы БРИКС, по почти единодушному признанию независимых экспертов, без преувеличения огромные – такие, что впору уже сейчас задуматься над тем, на какие цели, с какой пользой для себя и для других можно было бы употребить роль глобального экономического центра. Имея перед глазами пример становления, взлета и угасания ЕС, было бы крайне глупо и безответственно смотреть на пребывающий на стадии становления БРИКС как на идеал. У него есть немало проблем, достаточно узких и уязвимых мест, способных осложнить дальнейшее продвижение вперед и даже при определенных обстоятельствах свести его на нет. Все это так: БРИКС не идеален, но именно он определяет сегодня магистральный путь формирования нового мирового финансово-экономического порядка.

Интерес к деятельности БРИКС, к сближению с ним вплоть до присоединения к нему проявляет все большее и большее число стран, причем, далеко не последних как в своих регионах, так и в глобальном масштабе. В ряде аналитических разработок последнего времени содержится прогноз о вероятности скорого превращения BRICS в BRIIICTSS, что оказалось бы возможным, если бы его членами стали уже высказывавшие подобные намерения Турция, Индонезия, Южная Корея, а также Иран.

"Наша" буква, буква "U", в этом перечне, увы, отсутствует. Украина смотрит, как БРИКС набирает высоту и вес, взглядом стороннего наблюдателя. Украинский интерес ни в нынешних, ни в будущих успехах этого проекта, увы, не просматривается. Разве что чемпионат БРИКС по футболу в Киеве и Донецке провести. По уши увязшая, с одной стороны, в собственной внутренней трансформации, перешедшей в стагнацию, с другой, – в навязанном ей Брюсселем и уже дышащем на ладан региональном объединении под названием "Восточное партнерство" (его неофициальная аббревиатура выглядит символично – БУМАГА: Беларусь, Украина, Молдова, Азербайджан, Грузия, Армения), она как достойный партнер ни Бразилию с Китаем, ни Индию с ЮАР не интересует. И перспективы того, что заинтересует в будущем, вопреки деланному оптимизму МИД, туманны.

Банковая и Михайловская площадь на успехи БРИКС и стран, в него входящих, если и реагируют, то крайне мало. Парадоксально, но факт: с каждым днем все в большей и большей степени утрачивая возможность "кататься" с визитами по Европе, проводники нашей внешней политики прокладывают альтернативные маршруты своих зарубежных вояжей не в страны БРИКС, а в Катар, Иорданию, Аргентину, Вьетнам, Черногорию. То есть, туда, где их еще соглашаются принимать, но все равно не совсем туда, куда следовало бы, исходя из национальных экономических интересов и приоритетов государственного внешнеполитического курса. Инертность Киева в отношении такого быстро прогрессирующего международного объединения, как БРИКС, объясняется, в первую очередь, тем, что в развороте в его сторону не заинтересованы "локомотивы" остатков национальной экономики – украинские олигархи. Все они, и Р.Ахметов, и Д.Фирташ, и И.Коломойский, и В.Пинчук, и другие, сориентированы на Европу и Евросоюз, диктуя Банковой проевропейскую ориентацию, несмотря на то, что при нынешнем состоянии ЕС она ведет в тупик.

Ситуацию ни в коей мере не меняет даже тот факт, что БРИКС уже в очень близкой перспективе, буквально завтра-послезавтра, способен сыграть роль источника кредитования и финансирования, альтернативного МВФ, от доброй или злой воли так сильно зависима сегодня Украина и политика украинской власти. Одно это, как говорится, дорогого стоит. С 1965 по 1995 год МВФ брался "спасать" 89 стран. 48 из них ныне пребывают примерно в том же положении, в котором были до получения на кабальных условиях кредитов Фонда, в 32 ситуация ухудшилась, все они стали еще беднее, чем были, а кое-где дело дошло до экономического коллапса. Киев упорно делает вид, что ему эта статистика или неизвестна, или неинтересна. При этом, однако, разрушительные процессы идут своим чередом, и "помощь" от МВФ точит камень украинской экономики и государственности ничуть не менее интенсивно, чем это было в других подобных случаях.

Вопрос, как Украине зацепиться за БРИКС, присоединиться к нему, использовать себе на пользу преимущества, предоставляемые позитивной динамикой его развития, выглядящей еще более привлекательно на фоне продолжающего нарастать негатива в ЕС, стоит сегодня на повестке дня весьма остро. Пока что ответ на него звучит для нас малоприятно: никак. В распоряжении украинской элиты нет ни одного инструмента, способного при желании сыграть роль того самого заветного звена цепи, потянув за который, стало бы возможным вытянуть всю цепь из дыры, в которой она застряла. О включении Украины в БРИКС в качестве равноправного участника или хотя бы подающего надежды "стажера", который в обозримом будущем мог бы догнать остальных, мечтать не приходится. Ни рожей, ни чем другим мы, увы, не вышли. Нет у нас того потенциала, который необходим для участия в "клубе" наиболее быстро и успешно развивающихся экономик мира. Приживалок же и иждивенцев в него не приглашают и не пускают.

В такой ситуации для Киева остается два пути: "долгий" – через постепенное развитие отношений с Китаем, Бразилией, Индией, Южной Африкой или хотя бы кем-то одним-двумя из них, а также "короткий" – через нормализацию, но уже не мнимую, как сегодня, а действительную, реальную – отношений с Россией, дополненную форсированием интеграционного сближения с ней. Глубокая экономическая интеграция с Россией, кроме всех тех неоспоримых преимуществ, которые она несет сама по себе, способна открыть перед Украиной плотно закрытые для нее двери БРИКС.