dc-summit.info

история - политика - экономика

Четверг, 16 Августа 2018

Последнее обновление в09:39:25

Вы здесь: Темы Внешняя политика Пей, Ромпей, ром! Пей, Ромпей, бром!

Пей, Ромпей, ром! Пей, Ромпей, бром!

Пей, Ромпей, ром! Пей, Ромпей, бром!

Европа, которую у нас при демократии стало принято считать то ли любящей матушкой, то ли милой сестрицей, посмотрела на Украину строго. Раздосадовано, можно сказать, посмотрела, словно впервые увидев, как на самом деле работает независимая украинская государственная система. Осерчала "старушка" Европа на свою восточную соседку не на шутку, а осерчав, принялась браниться, как никакая, самая никудышняя, мать не станет. Только мачеха. Еврочиновники из разных офисов и штаб-квартир, представляющие чуть ли не половину европейской политической палитры, поперли на украинскую власть таким мощным буром, какой трудно припомнить со времен "последнего коммунистического диктатора" С.Милошевича и его друга по несчастью белорусского "Бацьки". Поперли не то чтобы совсем ни с того, ни с сего, но и без видимого повода. Если, конечно, не считать таковым следы то ли насилия, то ли еще чего-то на теле Ю.Тимошенко, якобы, полученные ею при принудительной транспортировке из Качановской колонии в харьковскую Железнодорожную больницу.

Из-за чего разгорелся майский сыр-бор, для Киева столь неприятный, чтобы не сказать – унизительный, остается в настоящий момент тайной, покрытой мраком. К тому времени, когда в адрес В.Януковича раздались первые залпы демонстративного негодования, искреннего возмущения и нескрываемого осуждения от брюссельского тандема Ж.М.Баррозу–Г.ван Ромпей и их единомышленников из ведущих и ведомых европейских столиц, "случай Тимошенко", послуживший для них формальным поводом, утратил первоначальную остроту и даже начал припадать информационной "пылью". Почему вдруг в Европе решили опять обратить особое внимание на малоприятную и не до конца понятную историю с арестом "первой дамы" современной украинской политики, придав ей – истории – новый (да еще какой!) импульс, сразу не скажешь. Что стоит за дружным, со всей очевидностью старательно срежиссированным и отрепетированным хором европейских песнопений о "ценностях" и "демократии"? Чего на самом деле хочет Европа от Украины, публично попрекая ее Юлей (а с некоторых пор, с легкой руки А.Меркель еще и "диктатурой" и "репрессиями"), разобраться далеко не так просто, как это кажется на первый взгляд.

Мне лично кажется, что правильный ответ на эти и другие подобные вопросы следовало бы искать на пересечении, как минимум, трех "пучков" мотивов, завязанных на геополитике, политике, экономике и, к тому же, затрагивающих сферу психологии – и индивидуальной, и коллективной.

Первое, что приходит на ум, – Брюссель хочет от Киева такого же беспрекословного послушания, такой же безусловной покорности, такого же истового смирения, как от всех других "новых" европейцев и кандидатов в их круг. Европа добивается того, чтобы для Украины все европейское было важнее, выше, весомее, чем все украинское, и, к тому же, чтобы эта весомость распространялась на все сферы без исключения. Включая судебную систему, в самой Европе, как известно, слывущую самой-самой-самой автономной от любых посторонних воздействий и влияний.

Парадокс, скажете вы, читатель? Двойные стандарты? Да, парадокс, да, двойные. А что в этом, собственно, удивительного? Разве кто-нибудь из добрых европейских дядей когда-нибудь обещал украинцам, что к ним в общем европейском доме будет такое же отношение, как к немцам, французам или хотя бы как к чехам или полякам? Нет, никто никогда ни при каких обстоятельствах не обещал. Да, и сами украинцы, ослепленные блеском европейского благополучия, слепо уверовавшие в миф о европейской земле обетованной, ни о каких обещаниях не помышляли.

По какой такой причине тема украинского послушания приобрела для Европы столь актуальный характер именно сегодня, спросите вы? Думаю, что этому в немалой степени способствовало приближение события, которое состоялось в Москве 7 мая – церемония вступления в должность нового президента России В.Путина. С одной стороны, в Брюсселе и главных европейских столицах не могут не понимать, что с возвращением В.Путина в Кремль конкуренция между Россией и Европой за Украину усилится и активизируется. С другой, в некоторых из этих столиц, видимо, готовы к тому, чтобы работать на украинском направлении вместе с Москвой.

Свою роль сыграли и предвыборные расклады. Дела тех, кто находится сегодня в Европе на первых ролях, плохи, пожалуй, как никогда. Очень многие из них фактически превратились в "хромых уток", доживая последние дни при власти в ожидании неумолимо приближающихся выборов, не имея ни малейших оснований для оптимизма относительно собственного политического будущего. "Contra spem spero" – "Надеяться без надежды" – в духе Леси Украинки европейцы, большинство из которых это – прагматики и циники, не привыкли и не умеют.

Наученные горьким опытом коллег, уже унесенных электоральным ветром с должностей президентов и премьер-министров в тех европейских странах, где выборы уже состоялись (и насмерть, кстати, перепуганные их незавидной судьбой), оставшиеся при портфелях президенты и канцлеры занялись мучительными поисками средств, которые бы позволили им попытаться сохранить за собой власть, а себя – во власти.

Думали-думали, но ничего нового и оригинального придумать так и не смогли. Не придумав же, решили воспользоваться опытом "старшего брата" – Соединенных Штатов, где, как известно, пускание мыльных пузырей в глаза избирателя довели едва ли не до совершенства. Американский рецепт борьбы за победу на выборах независимо от действительных электоральных симпатий гениально прост. Если в стране под твоим руководством дела идут из рук вон плохо, не спеши огорчаться и складывать руки. Сделай ход конем: ошарашь избирателей отвлекающим маневром. Для новой кампании придумай внешнего врага, представь его публике, сочини о нем какую-нибудь ужасную сказку-рассказку, а потом победи. Или скажи, что победил.

За океаном искать врага любят и умеют. Американцам придумать, на кого свалить вину за все на свете ничего не стоит. Для Европы это – тоже проблема. Масштаб по сравнению с американским, как ни крути, совсем другой. Да, и набор кандидатов на звание врага куда скромнее. На роль того, с кем надо бороться и кого непременно надо победить, чтобы понравиться своим избирателям, не подходят ни ленивые греки, ни когда-то кровожадные, а теперь вполне респектабельные и "демократические" сербы, ни жуликоватые румыны, ни торгующие направо и налево наркотиками, женщинами, человеческими органами косовары.

Менее тривиально, пожалуй, выглядит предположение о том, что, взявшись педалировать проблему Ю.Тимошенко, Европа вынашивает какие-то грандиозные планы, затевает что-то серьезное, если не прямо в отношении Украины, то, во всяком случае, связанное с ней. О том, что бы это могло быть, можно пока только гадать. Хотя надеяться на то, что эти планы могут нести с собой какой-то позитив, вряд ли приходится.

А может быть, дело не в наличии у Брюсселя и Берлина коварных планов в отношении Киева, а совсем в другом? В том, что сама идея единой Европы как эталона демократии, кроме всего прочего, предполагает и такой компонент, как публичная порка "варваров" за действительные или мнимые прегрешения? Даже если эти "варвары", по сути, имеют мало общего с тем незавидным представлением, которое европейцы себе о них сформировали.

Когда Г. ван Ромпей говорит о том, что в 2004 году в Украине была демократия, а А.Меркель уверяет немцев, что сегодня у нас "диктатура" и "репрессии", стоит ли воспринимать их слова иначе, чем полнейшее незнание действительного положения дел в нашей стране как в настоящем, так и в недавнем прошлом? Вопрос риторический.

Европа отрицает право украинцев на анализ и критику не только ее нынешних оценок, слов и действий, но и на интуитивные онтологии (этические, биологические и другие), лежащие в основе представления об объединенной Европе как о светлом будущем для Украины и украинцев, которое целиком и полностью соответствует их национальным и личным интересам и у которого нет и не может быть альтернативы. На саму мысль о чем-либо подобном фактически накладывается негласный запрет, нарушения которого европейцы не позволяют ни при каких обстоятельствах.

Если отбросить словесную мишуру, то главное обвинение в адрес Киева сведется к приписыванию ему не антидемократических интенций, не правового нигилизма, а бюрократического невежества, проявляющегося в непонимании того, кто в доме хозяин. Имеет место и проблематизация "случая Тимошенко". Думая о нем, европейцы имеют в виду не только сам этот случай (и не столько его!), но и целый ряд других проблем, таких, к примеру, как демократия, права человека, объективность правосудия и т.д. И это – всего лишь видимая часть айсберга. Скрытыми от взоров публики остаются прагматические расчеты европейских политиков, основанные не на декларируемых постулатах, а на действительных интересах.

Кризис в европейско-украинских отношениях вызван кризисом не Украины, а Европы. В том, что "старушка" серьезно больна, не сомневается никто. Вопрос в том, чем больна? В чём состоит болезнь, и есть ли лекарства, способные избавить от нее с наименьшими потерями? Чего бы такого посоветовать европейцам и лично Г. ван Ромпею, особо отличившемуся в критике Украины, через СМИ передав Н.Азарову, что того 15 мая в Брюсселе на заседании Совета Украина – ЕС "не ждут" и видеть не хотят, выпить, чтобы снять напряжение и унять раздражение? Рому? Или брому?