Случилось так, что от новогоднее-рождественских подарков для Киева в этом году отказался не только "Газпром", но и Брюссель. Соглашение об ассоциации Европейского Союза с Украиной, которое предварительно намеревались то ли подписать, то ли парафировать 19 декабря на "чуть-чуть" юбилейном 15-ом саммите в Киеве, так и осталось неподписанным.
Вместо Соглашения подписали совместное Заявление, призванное несколько скрасить горечь пилюли, подсунутой украинским партнерам европейцами, ставшими как-то вдруг чрезвычайно требовательными и взыскательными к ним. Его главный посыл сводится к тому, что Европа "любит" Украину и рано или поздно обязательно "женится" на ней, а если не "женится", то непременно поможет. То ли "ценностями, то ли материально.
В качестве официального повода для отказа от подписания Соглашения об ассоциации Брюссель использовал "случай Тимошенко", предвзято интерпретированный как "избирательное правосудие", отход от европейских норм и принципов, сворачивание демократии и т.д., и т.п. В ходе киевского саммита фамилия Тимошенко звучала, если не чаще, то не намного реже, чем название страны, гражданкой которой она является, и о судьбе которой, вроде как, собирались говорить на мероприятии.
На то, чтобы создать иллюзию исключительной важности вопроса Тимошенко и в плане (не)подписания Соглашения об ассоциации, и для европейского будущего Украины в целом, высокие брюссельские гости потратили очень много сил. И Ж.-М.Баррозу и, особенно, Г. ван Ромпей старались, как могли. И, надо признать, в значительной степени преуспели.
Хотя, положа руку на сердце, сам по себе тезис об изменении в Брюсселе отношения к Киеву из-за ареста Ю.Тимошенко не выдерживает критики. В чем легко убедиться, взглянув на то, какие решения ожидались и какие были приняты руководством ЕС по другим странам, рвущимся в его состав, накануне "черного" понедельника украинской европейской интеграции. А именно 9 декабря в ходе заседания Европейского Совета.
По Сербии – все, вроде бы, было готово к тому, чтобы было решено начать с этой страной переговоры о ее вступлении в ЕС. Свое мнение относительно целесообразности и возможности такого развития событий дала Европейская Комиссия. Члены Европейского Совета – большая редкость в европейской практике! – к этой рекомендации не прислушались, отложив окончательное решение по этому вопросу до марта 2012-го.
По Черногории – вместо начала переговоров о членстве в ЕС было выдвинуто два дополнительных критерия, на выполнение которых отвели шесть месяцев. По Македонии – вместо начала таких же переговоров ультимативно-регулятивное предупреждение о необходимости начать переговоры с Грецией по проблеме согласования своего названия и, начав, результативно их завершить.
Все названные страны в движении в сторону Европы и Евросоюза были впереди Украины. Кто на шаг, кто на два, но впереди. Для каждой из них нынешняя остановка, вызванная решением Брюсселя совсем в стиле кондуктора из известной песенки "нажать на тормоза", несет в себе, пожалуй, несколько больше угроз и вызовов, чем в случае с Украиной.
Речь, однако, в данном случае не об этом. А о том, что искусственное торможение Украины в формализации ее продвижения в Европу не представляет собой эксклюзив. Та же тактика в духе была применена Брюсселем в отношении не только нас, но и ряда других стран, ни в одной из которых ничего даже отдаленно напоминающего "случай Тимошенко" нет. Но присутствуют, однако, другие поводы, которые при желании можно использовать в своих интересах.
Мне лично показался примечательным тот факт, что никто из членов европейской делегации, прибывшей в Киев на саммит 19 декабря, не выявил желания посетить Ю.Тимошенко в СИЗО, как это сделал неделей раньше еврокомиссар Ш.Фюле. Зато высшие руководители европейских инстанций встретились с представителями оппозиционных сил, кое-кого из которых вполне можно рассматривать как потенциального преемника Юлии Владимировны как некоронованной "королевы" украинской оппозиции.
Вполне может быть, что европейцы просто не захотели связываться с загадочной отечественной бюрократичной системой, которая могла и не дать им разрешение на визит вежливости в казенное заведение деда Лукьяна. Хотя возможно и иное объяснение: поставленные перед выбором между ритуальной беседой в следственном изоляторе со старым лидером и разговором с лидерами новыми, гости из Брюсселя выбрали второе.
Если смотреть в ближайшее политическое будущее (каковым для Украины, судя по всему, в Европе считают парламентские выборы 2012 г.), то рассчитывать на Юлию Владимировну вряд ли приходится. Ей, вероятнее всего, на сей раз придется осуществлять свое конституционное право избирать и быть избранной, находясь в местах лишения свободы.
По большому счету ни сама Ю.Тимошенко, ни ее "случай" Европе сегодня не нужны столь остро, чтобы ставка, делаемая на них, могла оказаться, как в советском кино, "больше, чем жизнь". Помочь лидеру БЮТ выйти на свободу брюссельские бюрократы, наверное, были бы не против, однако, как именно это сделать, видимо, никто из них себе не очень-то представляет. Уговоры и угрозы реального результата не принесли. Санкции же вводить не хочется, чтобы не навредить делу в еще большей степени.
Вот так и оказалась харизматическая любимица отечественного оппозиционного и европейского бомонда на периферии политического процесса. А по сути, вне игры. Вот так сложилась ситуация, когда действия Брюсселя, направленные против официального Киева, не приносят облегчения Ю.Тимошенко.
