dc-summit.info

история - политика - экономика

Вторник, 22 Августа 2017

Последнее обновление в09:39:25

Вы здесь: Темы Внешняя политика Евросоюз серьезно болен: реакция на Печерский вердикт не оставляет в этом сомнений

Евросоюз серьезно болен: реакция на Печерский вердикт не оставляет в этом сомнений

Евросоюз серьезно болен: реакция на Печерский вердикт не оставляет в этом сомнений

"Юпитер, ты сердишься, значит, ты – не прав!".

"Между нами все порвато,
И тропинка затоптата.
Забирай свои игрушки
И не писай в мой горшок!".

Европа осерчала на Украину. Серьезно осерчала. По-взрослому. Так, что у слабонервных еврооптимистов и кровь в жилах может застыть лет на десять. Во вторник днем, после оглашения Печерского вердикта, многие чиновники и в Брюсселе, и в главных европейских столицах, пожертвовав самым дорогим, что у них есть – обеденными перерывами, – принялись, прямо, как "золотые россыпи", сыпать на все стороны гневными комментариями по поводу "позорного" киевского события.

Каждый из них старался, как мог. Ну, и малость переборщили, ясное дело, достаравшись до того, что напрочь позабыли, как минимум, о двух прописных истинах. Что Украина – суверенное государство (по крайней мере, пока, до подписания Соглашения об ассоциации с ЕС). И что ни Брюссель, ни Лондон с Парижем Киеву не указ (по крайней мере, в том смысле, что вовсе не обязан исполнять любые их капризы и прихоти).

В результате получился курьез из разряда тех, к которым в Центральной Европе и Балтии уже успели попривыкнуть, а в Европе Восточной – еще нет. Евросоюз, как старый муж, увидевший, наконец, рога на своей плеши, замахал руками, затопал ногами в адрес Украины. Последняя же, как молодица за дряхлым стариком, бросить которого не стоит из-за его денег, принялась строить из себя оскорбленную невинность, делая вид, что не представляет, откуда вдруг такие ярость да немилость.

На что же, собственно, так крепко обиделись в Европе? Ответ на этот вопрос на удивление прост и лежит на поверхности. На то, что Киев и лично В.Янукович, осмелившись ослушаться руководящего "указания", посланного им из "самой" Европы, не запретили суду судить в соответствии с буквой закона без оглядки на симпатии или антипатии важных брюссельских господ.

По сути дела, Европа, если и права, то не во всем. Это, если говорить о содержании случая, о котором идет речь. Если же вести речь о форме выражения европейского отношения к ней, то о правоте Евросоюза вообще можно забыть. Категорическая однозначность взгляда на проблему вкупе с воинственно-агрессивным нежеланием слушать и слышать другое мнение со всей очевидностью раскрывают как необъективность Брюсселя, так и его не лишенную корысти ангажированность. А еще – безудержное стремление, во что бы то ни стало настоять на своем, любой ценой доказав, "що моє зверху".

Корректным во всех отношениях, истинно партнерским, уважительным по отношению к суверенному государству Украина поведением ЕС в данной ситуации было бы высказывание своего мнения, выполненное, как минимум, на два-три тона ниже, чем это было сделано. Проявлением такого отношения должен был бы стать также отказ от грубого давления на украинские власть и суд и безусловное признание того, что речь идет о внутренней проблеме Украины. Со всеми вытекающими из такого признания последствиями.

Позиция Европы по делу Ю.Тимошенко, суду и приговору по ней зиждется на превратно истолкованных европейских ценностях. Что следует воспринимать как безусловное доказательство того, что эти ценности существуют исключительно на уровне деклараций. В реальной же жизни, а тем более, в реальной политике Европа, как и все остальные субъекты системы международных отношений, выстраивает линию своего поведения на основе собственных меркантильных интересов. Под лозунгом: "Не в ценности играем!". По небезызвестному принципу: "Закон (то есть, пардон, ценности), как дышло, куда повернешь (извините, засунешь), туда и вышло".

Применение на практике тех знаменитых европейских ценностей, следование которым нам ставили в пример и о которых нам так много рассказывали и сами европейцы, и наши собственные доморощенные евроагитаторы, закончилось провалом. Сами ценности оказались не более чем пустым звуком, а "еврокороль", ставивший их себе в заслугу, - голым.

Выяснилось то, что уже давно было секретом Полишинеля: что все разговоры о ценностях нужны Европе только для того, чтобы реализовать на нашей территории ее интересы, лишив нас возможности реализовывать свои.

Европа всегда пыталась тщательно скрывать тот факт, что формат отношений, предлагаемый ею Украине, зиждется на концепции нового, якобы, либерального империализма.

Как тут не вспомнить слова основоположника теории постколониализма Э.Сайда: "Звичайно, імперіалізм бореться передусім за землю однак володіння землею, право на її заселення та обробіток, її утримання, відвоювання і планування її майбутнього – ці питання відображалися, дискутувалися і якійсь час навіть вирішувалися в наративі. За словами одного критика, нації самі по собі є нараціями. Здатність оповідати або перешкоджати формуванню й виникненню інших наративів дуже важлива для... імперіалізму".

Именно с таким вот, жестким по смыслу, грубым по форме, препятствованием формированию других, кроме предлагаемых ею самой, "наративов" имеем дело в случае реакции Европы на Печерский вердикт.

Жаль, что для наших государственных мужей, включая господина Президента и его Администрацию, поведение европейцев представляется нормальным. Метастазы серьезнейшего, если даже не смертельного, заболевания Евросоюза поразили, похоже, и украинскую власть.

Если Европа продолжит вести себя с Украиной подобным образом, как 11 октября, она – Европа – ее – Украину – потеряет.

Если Европа потеряет Украину, она – Европа – неизбежно потеряет саму себя. Это значит, что без Украины весь проект европейской интеграции в том виде, в котором он существует сегодня и олицетворением которого является Евросоюз, сначала потеряет привлекательность, а затем и вовсе перестанет существовать. Если не де-юре, то, во всяком случае, де-факто.

Бешеный гнев Европы – это плохая новость для украинской власти, но хорошая для украинской оппозиции...

Для того, чтобы любой ценой наказать Киев за своеволие и отсутствие должного "респекта" по отношению к Брюсселю, Европе понадобится инструмент. На эту роль лучше всего подойдет именно оппозиция. Независимо от того, в каком она состоянии находится, и каков уровень ее реальной популярности у граждан Украины.

Иными словами, если европейской "шестеркой" отказалась быть власть, ею, по мнению европейцев, должна будет стать оппозиция...