dc-summit.info

история - политика - экономика

Четверг, 20 Сентября 2018

Последнее обновление в09:39:25

Вы здесь: Темы Внешняя политика Политика и национальные интересы Украины в молдово-приднестровском урегулировании в контексте российско-украинского сближения

Политика и национальные интересы Украины в молдово-приднестровском урегулировании в контексте российско-украинского сближения

Илья Галинский

Выступление директора приднестровского научно-исследовательского института стратегического анализа и прогнозирования И.Н. Галинского 12 ноября 2010 г. в Киеве  на международных общественных слушаниях «Новая геополитическая роль Украины: будущее постсоветской интеграции».

Если серьезно проанализировать весь двадцатилетний путь выработки Украиной определенной стратегии в отношении молдо-приднестровского урегулирования и собственно вновь образованного приднестровского государства - Приднестровской Молдавской Республики, то мы явимся свидетелями некой потерянности, или даже, прострации что,  в общем –то,  характерно и для всей внешней политики украинского государства на данном историческом этапе. А именно: отсутствие четкой, раз  и навсегда, разработанной линии политического поведения, какая-то постоянная расплывчатость и неопределенность, часто принимаемые политические решения, которые в своей основе противоречат подлинным национальным интересам Украины.

Причем, в практической политике напрочь игнорируется тот факт, что Украина вместе с Россией должна нести равную ответственность как за будущее приднестровского народа, так и за будущее  территории, на которой проживает данный народ, то есть, территории Приднестровской Молдавской Республики: Россия, как правопреемник Советского Союза, а Украина, как материнское государство у которого незаконно, с грубейшими нарушениями Конституции УССР и Конституции МАССР ( тогдашнего Приднестровья), не выявив воли как украинского, так и приднестровского народов, одним росчерком пера в 1940 году просто изъяли ( или украли) территорию Приднестровья вместе с проживающим там населением, впихнув ее в чуждое геополитическое пространство.

Поэтому, все сегодняшние проблемы и беды приднестровского народа следует искать в политических решениях, принятых именно в то тоталитарное политическое время, а все остальное, вплоть до образования Приднестровской Молдавской Республики и защиты ею своего государственного суверенитета – это попытка всеми возможными способами избавиться от проклятия 1940 года, которое вплоть до конца восьмидесятых годов прошлого века «где-то» дремало, а в 1989 – 90-х годах стало определять все и вся по обоим берегам Днестра.

Казалось бы, в этот драматический, насыщенный человеческими страданиями, период Украина встрепенувшись и вспомнив что Приднестровье – это ее исторически и ментально неразрывная  часть ( очень убедительно об этом в свое время писал известный украинский правовед, профессор Одесского национального университета А. Сурилов, считая Приднестровье составной частью Новороссии).  Именно тогда, по нашему мнению, Украина должна была заявить о своем праве и долге стать определяющим фактором, так называемого, приднестровского урегулирования.

В этой связи хотелось бы вспомнить один из недавних фактов нашей постсоветской истории – куда кинулось спасаться мирное население Приднестровья, когда Молдова бросила в 1992 году свои вооруженные силы на захват и покорение этой территории? Они спасались в Украине, где сотни тысяч человек получили кров над головой, необходимую медицинскую и социальную помощь а, главное, безопасность.

Казалось бы, уже одно это должно было послужить мощным стимулом защиты украинскими властями своих соотечественников, своих национальных интересов в  Приднестровье. Однако этого не произошло, несмотря даже на то, что Украина вместе с Россией стала гарантом и посредников в молдо-приднестровском урегулировании. Украина, как-то исподволь, стала манкировать своими полномочиями гаранта и посредника, оставаясь просто неким наблюдателем на поле продолжающейся трагедии приднестровского народа.

И если в конце 90-х годов ХХ века - начале 2000-х годов Украина в целом достаточно активно участвовала  в механизме молдо-приднестровского урегулирования, создавая всевозможные экспертные площадки для поиска оптимальных путей справедливого урегулирования конфликта ( достаточно вспомнить, так называемый, Рабочий Стол по молдо-приднестровскому урегулированию 2000 года, который проходил  под Киевом в Пуще Озерной и на котором при активном участии экспертов-государствоведов из шести стран Европы и Америки, России, Украины, Молдовы и Приднестровья был подготовлен может быть один из самых реальных, учитывающий интересы обеих сторон конфликта, план молдо-приднестровскоого урегулирования. который, сожалению, из-за деструктивной позиции молдавской стороны, так и  не смог стать дорожной картой урегулирования; инициированный Украиной план урегулирования конфликта, получивший название « План Ющенко», хотя он, мнению специалистов, был достаточно «сырым» и внутренне противоречивым), что позволяло видеть в Украине весьма заинтересованного игрока переговорного процесса, то в последующем, с каждым новым годом, эта заинтересованность и прямое действенное участие Украины в молдо-приднестровском урегулировании начали все больше снижаться и снижаться, она все более стала «прислушиваться» к «мягким» рекомендациям США и ЕС по данному вопросу, как итог,  симпатии украинской власти все больше стали  склоняться в сторону поддержки  авантюристской  силовой политики Молдовы в отношении Приднестровья, дойдя фактически до открытой поддержки экономической блокады устроенной Молдовой против Приднестровья.

В данном контексте, возможно,  действительно, недавнее заявления российского президента Д. Медведева по молдо-приднестровскому урегулированию, в котором Украина даже не упоминается – это констатация той политики отчуждения от Приднестровья, которую в последние годы проводила правящая верхушка Украины.

Представители приднестровского государства, в лице его президента  И. Смирнова, великое множество раз пытались «достучаться» до властной элиты Украины и указать ей на явные  недоработки и упущения в разрешении молдо-приднестровского конфликта, которые она допускает. Сколько раз приднестровская сторона ставила перед властями Украины вопрос  о более активном, полноценном украинском участии в миротворческой миссии на Днестре, Однако воз и поныне там. Кроме нескольких украинских офицеров, имеющих статус наблюдателей, на линии соприкосновения сторон свою гуманную миссию исполняют только российские миротворцы.

Вместе с тем, насколько было бы сопричастно и справедливо, если бы эти миротворческие силы состояли бы из подразделений двух материнских для Приднестровья территорий: России и Украины, тем более сегодня, когда между правящими элитами двух государств можно наблюдать стремление к поиску конструктива, к дружескому, но равноправному сотрудничеству, что уже нашло свое подтверждение в решениях по Черноморскому флоту и газовой проблеме.

Сегодня, когда, пришедшее недавно в результате президентских  выборов,  политическое руководство Украины пытается  переформатировать внешнюю политику государства и выработать сопричастный с Россией, но в то же время национально ориентированный внешнеполитический курс, может быть ему пришло время изменить нынешний подход к молдо-приднестровскому урегулированию и озаботиться защитой в данной конфликтной ситуации своих  осознанных национальных интересов.

Почему бы, в данном контексте,  не сконцентрироваться вначале на гуманитарных аспектах проблемы и не пойти по пути России, признав дипломы о высшем образовании, выдаваемые Приднестровским государственным университетом им. Т.Г Шевченко, где кстати говоря, студенты обучаются, в том числе и на украинском языке, и в котором активно работает украинский культурный центр? Спрашивается, что или кто мешает Украине поступить именно таким образом?

На уровне руководства украинских национальных университетов, национальной академии наук у Приднестровья ( ПГУ им. Т.Г. Шевченко) сложились прекрасные отношения сотрудничества и взаимопомощи, подписаны десятки договоров о сотрудничестве в области образования и науки. Но как только дело доходит до реализации, намеченных в договорах, конкретных программ и дел, сразу  же, включаются какие-то силы противодействия – мол, установка  министерства иностранных дел Украины – так как ПГУ им. Т.Г. Шевченко государственный вуз непризнанного государства, никаких официальных государственных мероприятий с ним не проводить.

Если в этом контексте посмотреть на недавнее заявление нового министра иностранных дел Украины   К. Грищенко о необходимости вывода российских войск из Приднестровья, то данный содержательный аспект уже не вызывает удивления. Удивление вызывает другое, что подобное  заявление делает человек облеченный  полномочиями уже новой властью. Получается, что поддерживая на выборах президента В. Януковича , приднестровцы, граждане Украины, проживающие в Приднестровье и ожидая возвращения материнской любви со стороны Украины, опять  наталкиваются на какие-то отношения мачехи – попытки сплавить « кому-то» нелюбимое дитя (Приднестровье).

Возвращаясь к проблеме признания приднестровских дипломов о высшем образовании, нельзя не упомянуть выдвинутую министром иностранных дел Российской Федерации С. Лавровым инициативу о возможном преобразовании ПГУ им. Т.Г. Шевченко в российско-приднестровский университет, со всеми вытекающими юридическими и политическими согласованиями. А где же украинский национальный интерес?  Почему молчит украинский МИД? Почему бы ему со своей стороны не выступить со встречным предложением – приданию приднестровскому университету статуса российско-украинско-приднестровского классического университета?

Почему украинскими властями «забывается», что в Приднестровье на данный момент проживает более 120 тысяч полноценных украинских граждан, а общая граница Украины с Приднестровьем превышает 300 километров,  которую, кстати,  украинские  власти пытаются демаркировать в одностороннем порядке, боясь договариваться по вопросу демаркации с приднестровской стороной, а Молдова эту территорию и границу не контролирует.  Иногда, вот такое – невнятное и непонятное, наблюдаемое со стороны Украины, пытаются объяснить наличием в Украине « проблемного Крыма», западных «национально сепаратных территории» , что мол не позволяет Украине по другому реагировать  на процессы, происходящие в Приднестровье, Абхазии, Южной Осетии, Нагорном Карабахе. Однако, если быть реалистами, Крым – это одно, а Приднестровье – это совсем другое.

Понимание своих национальных интересов и их защита, в данном контексте в Приднестровье,  должно заставить политическое руководство Украины по другому выстраивать свои действия в этом направлении. Если оно «не знает» как это делать, пусть поучится, скажем, у Японии, которая все послевоенные годы пытается доказать и заставить Россию признать что Курильские острова – это японские территории ( что, конечно, является чистой воды шантажом), не боясь творить политические демарши и  финансовых потерь. Или же у Турции, которая категорически выступает против признания независимости Нагорного Карабаха, вместе с тем, своими вооруженными силами сохраняет, вот уже, более 30 лет, Турецкую Республику Северный Кипр. И это, если хотите, есть нормальная демонстрация защиты своих национальных интересов, как их понимают правящие в этих странах элиты. При этом, Турция, так же как и Украина стремится к вступлению в Евросоюз, но ради этого она не готова поступиться своими национальными интересами. А Украина?

С точки зрения здравого смысла и национального самосознания совершенно не понятно, почему Украина готова пожертвовать своими национальными интересами и отдать Приднестровье  на растерзание унионистским силам, на включение его в состав Великой Румынии, а к этому, судя по всему, дело и идет. Будем откровенны и не будем закрывать глаза на то, ч то рано или поздно, так или  иначе, но Молдова уйдет в Румынию. И этот процесс, который имеет как объективный, так и субъективное содержание, уже не остановить.  Для молодежи Молдовы – это их цивилизационный выбор. И результат  предстоящих парламентских выборов в Молдовы, во многом будет зависеть именно от того, насколько активно молодежь себя проявит в качестве  ответственного  актора политики. Просто, на наш взгляд,  будущее объединение уже не будет происходить гласно, публично, на уровне звучных деклараций и громких заявлений  представителей политического класса Румынии и Молдовы, а скажем так, латентно (хотя бы даже ради того, чтобы не пугать приднестровцев).  Видимо именно об этом настойчиво просила канцлер ФРГ А. Меркель президента Румынии  Т. Бэсеску во время своего недавнего визита в эту страну

И результатом такой «украинской» политики станет «приобретение» Украиной к уже имеющейся украино-румынской границе, еще 300 километров «дружеских» границ. А затем наступит очередь уже думать не только о пространстве вокруг острова Змеиный, но также  о Буковине и о южной Украине за Днестровским лиманом. И это отнюдь не страшилки, политикам и аналитикам  занимающимся проблемами Причерноморья, известны многочисленные заявления и попытки отдельных политических кругов Румынии вернуть эти, утраченные, или как говорят в Румынии « оккупированные территории», причем, эти стремления становятся все более откровенными и настойчивыми.

Возникает вопрос – уж не хочет ли Украина повторить путь Сербии, которая ради встраивания в Евросоюз, в Западное сообщество сдает одну позицию за другой, фактически обрекая себя  на статус страны-предателя сербских национальных интересов.

Полагаем, что в новых создавшихся политических и геополитических конфигурациях политическая элита Украины должна очень серьезно озаботиться проблемой номер один для украинского государства, а именно – что такое на самом деле национальные интересы Украины, Украины, а не Евросоюза, США или же кого-либо еще. А уже затем следует выстраивать стратегию и модернизировать тактику политического поведения.

Безусловно, приднестровцам, живущим рядом с Украиной, вместе с Украиной было бы предпочтительней, чтобы эта стратегия вбирала бы в себя подлинное стратегическое сотрудничество и взаимодействие двух братских славянских народов и государств: России и Украины, которые  для них одинаково близки, одинаково родные. И почему бы им вместе, в преддверии  предстоящих 16 ноября в Киеве консультаций по молдо-приднестровскому урегулированию в формате «5+2» не продумать совместную линию поведения, не предложить что-то новое, эффективное, прорывное на  молдо-приднестровском направлении. И если, в силу ряда важных обстоятельств, сегодня ни Россия, ни Украина не силах ( или не в состоянии) признать Приднестровскую Молдавскую Республику как независимое государство, может быть следует вспомнить эффективный  способ легитимного  решения Францией и Испанией вопроса государственности Андорры. Иначе говоря,  почему бы Украине вместе с Россией не выдвинуть план совместного кондоминиума  над Приднестровьем?

Данный план на данном этапе отвечал бы, по нашему мнению,  как интересам приднестровского народа, так и интересам Украины и России, более того, он  послужил бы неким каркасом, скрепляющим многостороннее сотрудничество этих двух государств на перспективу, их взаимную ответственность в рамках грядущей постсоветской интеграцией.

Главное, чтобы все эти урегулирующие инициативы и процедуры реализовывались при реальном учете как национальных интересов Приднестровья, так и национальных интересов Украины и России.