dc-summit.info

история - политика - экономика

Четверг, 26 Апреля 2018

Последнее обновление в09:39:25

Вы здесь: Темы Национальная идентичность Самая страшная ненависть - коллективная

Самая страшная ненависть - коллективная

Самая страшная ненависть - коллективная

Памяти великого мыслителя и оптимиста

Свыше двух десятилетий назад, в августе 1990 года чешский писатель и философ Вацлав Гавел (ушедший из жизни 18 декабря уходящего года), в то время уже не диссидент, а президент тогда еще Чехословацкой Федеративной Республики), выступил на международной конференции в Осло, посвященной правам человека и гражданским свободам. Темой его выступления была ненависть в широком и самом разнообразном толковании этого понятия.

«Люди ненавидящие, – говорил Гавел, – это люди с постоянным неискоренимым и глубоко не соответствующим действительному положению вещей чувством нанесенной лично им обиды. Они хотели бы пользоваться всеобщим уважением и любовью, но постоянно терзаются от болезненного сознания, что окружающие вовсе не благодарны им, несправедливы к ним, не только не почитают и не любят их, как должны бы были, но вообще не обращают на них внимания. В подсознании ненавидящих дремлет извращенное чувство, будто они обладают истиной в последней инстанции, и это превращает их в своего рода сверхчеловеков, чуть ли не в богов, и поэтому-де они заслуживают всеобщего признания, всеобщего подчинения и лояльности, если не прямо слепого повиновения».

С первого взгляда, всё это сформулировано в самом общем виде, но при ближайшем рассмотрении может быть стопроцентно конкретизировано применительно к Украине, нашей давней и современной истории и нашему обществу. И многие (если не все) нынешние проблемы укоренены не в последнюю очередь чувством ненависти. А подчас самой ее опасной разновидностью – коллективной.

В историческом прошлом это была ненависть украинцев к полякам, поляков к украинцам, а тех и других вместе – к евреям (москали тогда были скорее тактическими супротивниками). Марксистско-ленинская историческая концепция национальную коллективную ненависть старалась затушевывать, делая основной акцент на классовой. Философы и политики нынешнего разлива горазды смещать акценты в диаметрально противоположную сторону, пряча в очередной раз голову в песок: классовой ненависти будто бы не существует, поскольку и само существование классов подвергается глубокому сомнению и выдаётся за выдумку ортодоксальных марксистов. И впрямь, если поглядеть в социальном разрезе на толпы протестующих возле украинского Кабмина или парламента, то даже суперпроницательный политолог вряд ли сможет различить в чернобыльцах или афганцах классово окрашенные слои. А к какому классу отнести бунтующих представителей среднего и малого бизнеса, которые ручейками и потоками то вливаются, то выливаются из этих подчас эфемерных социальных слоев и прослоек?!

Но политики (чаще всего оппозиционные) постоянно разыгрывают карту массовой ненависти, причем игра эта достаточно рискованная, ибо ненависть в ее массовых проявлениях практически одинаково опасна и для объектов ненависти, и для тех, кто формует из коллективной ненависти эдакий «термоядерный» сгусток. А как известно, в ядерной войне не может быть победителей. Обратимся по этому поводу к мыслям Вацлава Гавела: «Ненавидящий человек, в сущности, несчастен, и вполне счастливым быть никогда не может. Ибо в конечном счете, что бы он ни делал для полного признания, равно как для полного уничтожения тех, кто предположительно повинен в его недооценке, он никогда не может достичь желанного успеха, успеха абсолютного: откуда-нибудь да непременно глянет на него – например, с веселой, примирительной или прощающей улыбкой его жертвы – весь ужас его бессилия, его неспособность быть Богом». И далее: «Ненависть по своей природе едина: нет разницы между ненавистью индивидуальной и групповой; тот, кто ненавидит отдельного человека, почти всегда способен поддаться групповой ненависти или распространять ее». Сказано более двух десятилетий тому назад, но как это все применимо к событиям и глобальным,(«арабские» революции, «понуждение к миру в Ливии» с растерзанным трупом Каддафи, длительные беспорядки в Греции, спонтанная смута на юге Казахстана, кровавая стрельба возле Осло и пр.) и пока еще локальным у нас, в Украине.

Вацлав Гавел подметил одну особенность коллективной ненависти. Он назвал ее коварным преимуществом. Это – незаметность возникновения. Существуют с первого взгляда целая серия вроде бы невинных состояний коллективной мысли, которые образуют почти неразличимые подготовительные ступени коллективной ненависти, «некое обширное поле плодородное поле, на котором ее семена легко принимаются и легко всходят».

Философ и писатель Гавел вычленил четыре признака, порождающих коллективную ненависть и служащих для нее питательным раствором.

Во-первых, она избавляет человека от чувства одиночества, покинутости, слабости, бессилия, приниженности, и это придает людям ощущение общности, превращает их в некое братство. «Что может быть легче, – говорит Гавел, – чем иметь общий объект отрицания и усвоить общую «идеологию кривды», во имя которой следует этот объект отвергнуть?»

Во-вторых, изначальное чувство собственной недооценённости, которое наличествует у всех, кто предрасположен к ненависти, получает в коллективе ненавидящих большое преимущество: они могут до бесконечности убеждать друг друга в своих достоинствах, соревноваться в проявлениях ненависти к избранной группе виновников своих бед, в культе символов и ритуалов, призванных подтвердить ценность ненавидящего единства.

В-третьих, Если индивидуальная агрессивность всегда связана с риском, ибо и ответственность будет персонифицирована, то единение ненавидящих вроде бы «легализует» агрессивность, делает ее будто бы законной и создает коллективное прикрытие всяких мерзостей.

В-четвертых, Принцип групповой ненависти значительно облегчает жизнь всем ненавидящим и всем, кто лишен способности самостоятельно рассуждать. Объект ненависти упрощает процесс принятия индивидуального решения: процесс материализации общей несправедливости мира в конкретной фигуре или объекте предельно освобождает индивида от рассуждений.

Два десятилетия тому назад Вацлав Гавел не склонен был совсем уж драматизировать ситуацию в современной ему Центральной и Восточной Европе и изображать эти регионы как потенциальную пороховую бочку, как пространство, на котором набирают силу национализм, этническая несовместимость, а следовательно, множатся различные проявления коллективной ненависти. У него вызывало протест желание рассматривать эти регионы как источник будущей общеевропейской нестабильности и серьезной угрозы миру. Увы, события последнего времени заставляют усомниться в реальности оптимистических прогнозов покойного мыслителя. Он считал, что коллективной ненавистью более всего заражены народы и общества, находившиеся в тисках тоталитаризма. Думается, что здесь Гавел был прав лишь отчасти, ибо гнойники коллективной ненависти сейчас взбухают и прорываются и в тех странах, которые представлялись как оплоты демократии, толерантности и либеральных воззрений.

В Украине последних десятилетий великое множество исторических изысканий так или иначе содержали концентрированные стенания по поводу неисчислимых бед украинцев, которые магнетически притягивали к себе все мыслимые несчастья и кару Господнюю, обрушившуюся на нас, неизвестно за какие такие грехи. Было бы странно, если бы в такой атмосфере не зарождались ростки коллективной ненависти, которые пока, к счастью, не вылились в форму всеобщего хаоса и безумия. Но вспомним предостережение Вацлава Гавела о незаметности возникновения коллективной ненависти. Он предупреждал, что в коллективном подсознании присутствует ощущение исторической несправедливости: «Гипертрофированное чувство обиды, характерное для ненависти. может ...вполне логично найти благоприятные условия возникновения и развития». У нас это чувство взлелеяно, возникло и развивается до опасной степени. Не прозевать бы опасного поворота событий.