dc-summit.info

история - политика - экономика

Среда, 28 Июня 2017

Последнее обновление в09:39:25

Вы здесь: Темы Экономика Николай Кондратьев – Нострадамус кризиса

Николай Кондратьев – Нострадамус кризиса

Николай Кондратьев - Нострадамус кризиса

Ни для кого не секрет, что мир наш развивается не поступательно. Некоторые философы и историки пользуются выражением "история циклична", другие исследователи изображают тенденцию в виде спирали, кроме того, популярностью пользуется характеристика развития любой системы в виде синусоиды (взлет-спад) и т.д. Особый интерес к выявлению неких четких зависимостей проявляли представители экономических наук, поскольку построение долгосрочных прогнозов развития с достаточно большой долей вероятности является непосредственной потребностью любого человека, так или иначе связанного с финансовыми системами. Естественным также, в этом случае, есть повышение интереса к исследованиям обоснованных закономерностей эволюции экономики в условиях спада и кризиса, подобно нынешним временам.

Подтверждением сказанного может служить следующее. "Сегодняшний глобальный кризис был предсказан советским экономистом Николаем Кондратьевым еще в 20-е годы XX века" – пишет InoPressa.ru со ссылкой на The New York Times. Мало кому известное в России и Украине, кроме специалистов, имя Н.Кондратьева в среде зарубежных ученых, занимающихся проблемами цикличности развития мирового хозяйства, говорит о многом. Он разработал теорию динамичного развития хозяйства еще в 20-е годы. Его труды остаются популярными и издаются до сих пор. Учитывая изложенное, нам представляется небезынтересным ознакомить читателей нашего сайта с некоторыми подробностями жизни и научных изысканий этого ученого.

Николай Дмитриевич Кондратьев родился в 1892 году в деревне Галуевская Кинешемского уезда Иваново-Вознесенской губернии. В семье было десять детей. Николай – старший сын. В 1911 году он поступил в Петербургский университет, по окончании юридического факультета остался при университете на кафедре политической экономии и статистики.

Учёные занятия Н.Кондратьев совмещал с практической деятельностью – с 1916 заведовал статистико-экономическим отделом Земского союза Петрограда.

Февральскую революцию 1917 года Кондратьев встретил как активный участник и был назначен товарищем (заместителем) председателя Государственного продовольственного комитета. Некоторое время работал секретарём А.Ф.Керенского по делам сельского хозяйства. Именно в это время – весной-летом 1917 года публикуются программные работы Кондратьева, в которых он развивал идею планомерного государственного регулирования экономической жизни в целях преодоления продовольственного кризиса и выступал сторонником перехода к крупно-крестьянскому (кооперативному) хозяйству. 5 октября Н.Кондратьев был назначен товарищем Министра продовольствия С.Н.Прокоповича и отвечал за снабжением населения предметами первой необходимости.

Октябрьскую революцию 1917 года он воспринял как переворот, разрушительный по своим результатам. Участвовал в работе подпольного Временного правительства, пытавшегося функционировать до 16 ноября, и отказывался передать Советской власти продовольственное дело. Однако в дальнейшем отношение Кондратьева к большевистской революции решительно изменилось: в 1919 он официально вышел из партии социалистов-революционеров, вслед за чем стало возможно и прямое сотрудничество Кондратьева с Советской властью.

С 1920 он работает в Наркомземе начальником управления сельскохозяйственной экономии, руководил разработкой 1-го перспективного плана развития сельского хозяйства РСФСР на 1923/24 - 1927/28 ("пятилетка Кондратьева"), что позволяет считать его одним из организаторов и проводников политики НЭПа. Также Н.Кондратьев стал организатором и директором Конъюнктурного института (1920-28), на базе которого и разрабатывалась упомянутая теория "больших циклов экономической конъюнктуры".

В августе 1920 проходил по делу "Союза возрождения", был заключён в концлагерь "до конца Гражданской войны", но через месяц усилиями И.А.Теодоровича и А.В.Чаянова освобожден. Вторично арестовывался в августе 1922 года с целью высылки за границу, но, по настоянию Наркомфина был оставлен и выпущен из тюрьмы. В 1928 году "кондратьевщина" объявлена "идеологией кулачества", "реставрацией капитализма". Отстранён от руководства институтом, который в 1929 году был закрыт. В 1930 году Н.Д.Кондратьева снова арестовывают, уже в последний раз: в 1931 г. по сфабрикованному делу о т.н. "Трудовой крестьянской партии" он был осужден к 8 годам тюрьмы, а 17 сентября 1938 году расстрелян. Реабилитирован посмертно, в 1987 году.

Итак, "Большие циклы Кондратьева". Как отмечает Алексей Хмеленко в статье "И к нам вернется Кондратьев…", опубликованной в журнале "Компьютерра" № 49 от 18 декабря 2002 года, первые исследования по подобной проблематике относятся к началу XIX века. С тех пор – от Мальтуса до настоящих времен – обнаружено почти полторы тысячи различных типов экономических циклов. Все они имеют разную природу и формы, но, в принципе, их можно разделить на три основные категории:

  • короткие - от одного до четырех-пяти лет, так называемые циклы запасов;
  • средней продолжительности – пять-десять лет, циклы, основанные на человеческих факторах, а также связанные с особенностями производства – циклы Кузнеца, циклы Друкера и т.д.;
  • длинные – 10-25 лет, циклы строительства и перепроизводства.

Кроме того, есть еще и так называемые циклы длинной волны, которые как раз и являются предметом исследований Н.Д.Кондратьева ("Теория длинных волн конъюнктуры").

К сожалению, рамки данной статьи не позволяют остановиться на характеристике каждого из этих циклов, поскольку на сегодня разработано множество теорий, каждая из которых пытается найти причины постоянного отклонения экономической системы от состояния равновесия. Выдвинута масса возможных причин циклических колебаний – от кредитной политики государства до биоритмов и солнечной активности и их влияния на экономику.

Здесь уместно будет вспомнить слова сэра Уинстона Черчилля, который некогда заметил: "Задача политика – рассказать, что произойдет в будущем, а потом понятно объяснить всем, почему этого не произошло". Нечто подобное можно наблюдать и у экономистов: зависимость есть, ее можно объяснить постфактум, но как правильно предсказать, что и когда произойдет?.. Здесь-то и начинаются сложности. Безусловно, некие общие тенденции можно предсказать, но зачастую только для краткосрочного периода. И вот – в середине 1920-х годов Николай Кондратьев выдвинул теорию циклов экономической конъюнктуры длительностью 40-60 лет.

Удивительно, что выдвинул он идею без каких-либо серьезных теоретических оснований – построенную исключительно на эмпирических наблюдениях. Дело в том, что во время своих исследований он проанализировал некоторые макроэкономические показатели стран Западной Европы и США с 1790 по 1920 годы (более полной статистики на тот момент не было). Построив и сгладив графики, устранив краткосрочные колебания он обнаружил, что значения этих показателей синхронно движутся в долгосрочном периоде. Максимумы достигались примерно в 1815 и 1873, а минимумы – в 1845 и 1896 гг. Кроме того, во время подъема длинной волны возрастало количество войн и восстаний и происходило вовлечение новых стран и регионов в мировую торговлю и в мировое разделение труда. На основании этих наблюдений Кондратьев сделал долгосрочный прогноз до 2010 года, предсказав, в частности, Великую депрессию 1930-х годов.

1 цикл – с 1779 до 1841-43 гг. (фаза роста – до 1814 г.; снижение – с 1814 до 1841-43 гг.).

2 цикл – с 1844-51 до 1890-96 гг. (фаза роста – до 1870-75 гг.; снижение – с 1870-75 до 1891-96 гг.).

3 цикл – с 1891-96 до 1929-33 гг. (фаза роста – до 1914 г., снижение – до 1929 г.).

4 цикл – с 1929-33 г. (возможно, до конца 1930-х гг.) до 1973-75 гг. (возможно, до 1981 г.); высшая поворотная точка приходится на начало 1950-х гг.

5 цикл – с 1973-75 до (прогноз) 2010-15 гг.; высшая поворотная точка приходится на середину 1990-х гг.

До сих пор так и не найдено объяснение подобной зависимости. Особенно непонятно, почему, несмотря на заметное изменение экономики по мере ее развития, ритм кондратьевских волн не меняется, хотя при этом меняются вовлеченные в колебательные движения экономические показатели. Скажем, в XIX веке, отмеченном в основном дефляционными течениями (золотой стандарт все-таки), волны проявлялись в уровне цен, а во времена Великой депрессии – уровнем инфляции.

Если говорить конкретно о каждой из фаз цикла, выясняется, что они весьма схематичны и показательны.

Фаза первая – рост. Часто начинается с войны или другой причины резкого увеличения правительственных расходов. Война имеет четко выраженных победителей, которые испытывают рост спроса, производства, расширение кредита. Также происходит рост темпов инфляции и номинальных процентных ставок. Массово внедряются изобретения, сделанные в фазе падения и депрессии. Активно развиваются молодые отрасли. Принципиально новых изобретений мало. Производства развиваются экстенсивно, за счет новых рынков. Поощряется конкуренция. Растет международная торговля. Кредиты ликвидны, предложение кредита превышает спрос, реальные процентные ставки отрицательны, так как инфляция больше номинальных ставок. Финансовая ситуация стабильна. Рецессии немногочисленны и коротки. В центре внимания экономистов, политиков и избирателей – вопросы долговременного экономического роста.

Фаза вторая – вершина. Почти всегда всплеск военной активности. Финансирование войн затруднено из-за недостатка ресурсов. Резкое повышение цен, особенно на энергоносители, и процентных ставок, в том числе и реальных. Происходит смена правительственной политики – с поддержки спроса на стабилизацию финансов. Высокая патентная активность, но изобретения сводятся к мелким усовершенствованиям – технических прорывов практически нет. Комплекс наиболее быстро растущих отраслей достигает максимального проникновения в экономику, в этих отраслях начинается монополизация. Смягчение нравов, подъем либерализма и пацифизма (антиглобализма?). Вершина волны не означает максимума экономического процветания, который приходится на вторую половину фазы подъема (!). Сильная инфляция, наоборот, приводит к застою экономики, но безработица не слишком велика. На вершине волны или в течение первой половины фазы спада усиливается тенденция к колебанию валют друг относительно друга (из-за разницы в инфляции в разных странах), выход разных стран из режима фиксированных курсов. Перепроизводство средств производства. В центре внимания общественности – международные вопросы.

Фаза снижения. Ситуация различна для разных волн, картина в дальнейшем довольно условна, но в последних двух волнах сценарий был именно таким. Первая половина фазы снижения – после преодоления последствий последней войны и высокой инфляции начинается экономический подъем. Инфляция и номинальные ставки снижаются, реальные ставки высокие, но тоже снижаются, что и вызывает экономический подъем. Рост экономики интенсивный, за счет снижения издержек. Дальнейшее снижение регулирования финансовых рынков. Рост движения спекулятивного капитала, инвестиции в реальное производство меньше портфельных (насколько завышен NASDAQ?). В центре внимания общественности – вопросы налоговой политики. Усиливается консерватизм. Дальнейшая монополизация (как иллюстрация – волна крупных корпоративных слияний, особенно заметная в автопроме). По Кондратьеву, мы как раз прошли вершину и находимся в первой фазе снижения (не забывайте – А.Хмеленко написал это в 2002 году).

Вторая часть фазы снижения. Лопание спекулятивных пузырей. Переход значительной части кредитов в категорию безнадежного долга. Поляризация общества. Снижение спроса, переход в депрессию. Усиление протекционизма и национализма. Возведение таможенных барьеров (могут быть и не в форме пошлин, а в форме, например, ограничений на качество ввозимой продукции). Усиление регулирования финансовых рынков. Падение цен (там, где высокая конкуренция) и/или производства (там, где отрасль монополизирована). Дальнейшее снижение номинальных процентных ставок. Потеря интереса общества к политике в пользу экономики.

Фаза депрессии. Низкая инфляция, почти нулевые процентные ставки, но кредит ни давать, ни брать никто не хочет. Очень низкий спрос. Перепроизводство в устаревших отраслях экономики. В фазе снижения кондратьевской волны и на дне фазы депрессии делаются важные изобретения (не только технические, но и в области менеджмента), которые будут внедряться в начале фазы роста и создадут новые отрасли, новый технологический уклад. Новый уклад, кроме изменений в промышленности, обычно предполагает новую парадигму в образовании, новый вид энергоносителя, транспорта, новый способ связи. Постепенное уменьшение и нивелирование массы безнадежного долга, банкротства отживших свое секторов экономики, высвобождение ресурсов, высокая безработица.

Анализируя современную ситуацию, можно прийти к выводу о сохранении некоторых тенденций кондратьевских волн. Несмотря на общее ускорение жизни, связанное прежде всего с внедрением новых средств связи и глобальной информатизацией, наследие индустриального общества, для которого и характерны подобные волны, еще достаточно велико. Поэтому возможность даже долгосрочного прогноза остается высокой, несмотря на влияние многих регулирующих организаций (МВФ, ООН и др.) и всеобщую глобализацию и усиление роли отдельных стран. Прогноз на ближайшие несколько лет можно сформулировать так: сохранение и развитие сегодняшней ситуации. Снижение фондовой активности; банкротство ряда крупных компаний; развитие новых технологий, активное внедрение которых будет происходить после 2015 года (скорее всего в области генетики и медицины); преимущество получат небольшие компании, способные быстро перестраиваться под действием конъюнктуры рынка. Дальше сопоставляйте и решайте сами.

В завершение хотелось бы заметить, что, хотя в тяжелые времена популярность теории Н.Кондратьева возрастает, многие экономисты никогда ее не принимали, полагая, что на ее основе можно прийти к любому выводу. Прогнозы его последователей действительно не всегда оправдываются: так, в 1982 году они обещали экономическую депрессию до конца века. Впрочем, последние десять лет движущей силой экономического роста в США был внешний долг – попытка сохранить нереальный уровень потребления, а это весьма точно соответствует описаниям Кондратьева.

Историк экономики Дэвид Колендер в упоминавшемся выше интервью газете The New York Times отметил, что Н.Д.Кондратьев выявил тягу к чрезмерности, почти не учитываемую современной экономической теорией. Он также подчеркнул, что великую депрессию 1930-х, как считается, предсказали Фридрих Хайек из Австрийской экономической школы, а некоторые из нынешних представителей этого альтернативного, хотя и более признанного течения, утверждают, что предрекли нынешний кризис. Австрийская школа ратует за дерегулирование предпринимательства вкупе с жестким ограничением роста денежной массы, отмечает издание.

Д.Колендер при этом подчеркнул, что маргиналов в науке надо принимать всерьез, так как они помогают взглянуть на вещи в новом ракурсе: Самое страшное – когда разработчики политики уверены в своей правоте.

Итог же, по-нашему мнению, лучше всего подвел А.Хмеленко: "Помните, однако, что экономические тенденции подобны марксизму – правильно, но не догма."