dc-summit.info

история - политика - экономика

Суббота, 22 Сентября 2018

Последнее обновление в09:39:25

Вы здесь: Темы История История России и Украины: современные взгляды ученых двух стран. Удільна Русь – комментарий

История России и Украины: современные взгляды ученых двух стран. Удільна Русь – комментарий

Член-корреспондент НАН України, Моця А.П.

В нескольких выпусках "Саммита" читатели были ознакомлены с современными взглядами на исторические процессы, что происходили на большей части территории Восточной Европы во времена феодальной раздробленности на Руси, когда бывшая раннефеодальная монархия расчленилась на полтора десятка удельных княжеств. Но следует при этом отметить, что во главе этих образований продолжали находиться лишь представители династии Рюриковичей, т. е. родственники в разных поколениях.

Такое "положение вещей" в династическом отношении привело к выработке специфических черт престолонаследия еще в предыдущее время, когда, образно говоря, князь, сидевший в Рязани, думал о Новгороде Великом, перебравшись в новый центр – думал о Переяславле Русском или Чернигове, а, освоившись на новом месте, начинал мечтать и планировать акции для овладения Киевом. И такая "карусель" продолжалась из поколения в поколение. Естественно, вместе с князем перемещались не только члены его семьи, но и многочисленное окружение – бояре, челядь, дружинники. При этом происходило и перераспределение "кормлений" не на основе западноевропейского постоянного держания земельных угодий (в первую очередь), а на принципах условного владения (протистояние систем лена – бенефиция).

Все это приводило к такой ситуации, которая являлась совершенно нетипичной для Западной Европы, когда в 1135 г. князь Юрий Долгорукий "испроси у брата своего Ярополка Переяславль [Южный], а Ярополку вда Суздаль, и Ростов, и прочюю волость свою но не всю" – сообщает Лаврентьевская летопись. Для Франции или иной западноевропейской страны невозможно даже представить аналогичную ситуацию, когда бы король, граф или же иной крупный феодал моделировали бы обмен "градов и весей" в разных районах своего государства. Там владения, в подавляющем большинстве случаев, переходили по наследству из поколения в поколение.

Историческая специфика развития всего восточнославянского мира в эпоху развитого средневековья приводила и к специфическим чертам в формировании этнического самосознания. Речь идет о наличии или же отсутствии такого явления как "древнерусская народность" – единой этнической общности всех восточных славян в первые века ІІ тысячелетия н. э. Такая теория наличия общности "освящалась" высшим партийным руководством Советского Союза, а любые отклонения от генеральной линии решалось с применением изестной формулы – "шаг вправо, шаг влево – растрел". Конечно она применялась в разных формах.

Ощущение такого единства могло прослеживаться именно у представителей господствующих социальных прослоек и в отдельных группах городского населения, которые могли контактировать между собой на значительных территориях и при этом ощущать между собой какие-либо связи (носители так называемой элитарной дружинной культуры). А подавляющее сельское большинство тех времен, составляющее около 90 процентов населения, не имело никакой возможности получать необходимую информацию в этом отношении. Да она им тогда и не была нужна – их "миры" были конкретными и локальными, а сами сельские жители, в современном научном понимании, являлись безэтничными.

Принятие гипотезы, что древнерусская этничская общность существовала на уровне элиты и практически не ощущалась рядовым населением позволяет более логично реконструировать механизм дальнейшего появления на исторической арене как русских, так и украинцев, а также белорусов, и объяснять отсутствие попыток этнической интеграции в единую общность всего восточнославянского населения после нашествия орд Батыя в 40-е годы ХІІІ в. Отстаивание мысли о крепких и разносторонних связях по горизонтали и вертикали в обществе домонгольских времен не позволяет обоснованно указывать на причины, которые привели к столь быстрому разделению восточных славян на три современные ветви.

Но времена феодальной раздробленности стали важной исторической вехой и в дальнейшем развитии восточнославянского мира, выдвижении на роль "новых локомотивов" Владимиро-Суздальского княжества в Поволжье и Галицко-Волынского в Прикарпатье. В связи с этим можно хотя бы отметить "царя и великого князя" Андрея Боголюбского и коронованого папой римским Данила Галицкого. После монголо-татарского нашествия князья Северо-Восточной Руси достаточно быстро сориентировались на контакты с Золотой Ордой, а князья юго-западных древнерусских земель, не противостоя открыто ханам, налаживали взаимоотношения с европейским Западом. Но это тема отдельного обсуждения.

Здесь же обратим внимание на иной ракурс. На протяжении длительного времени в российской, а затем и советской историографии отрабатывалась схема "Киевская Русь – Владимирская Русь – Московская Русь". Ее главной задачей являлось обоснование преемственности государственной власти в этой части Европы на протяжении целого тысячелетия. В отличие от этой модели (Н. М. Карамзин, С. М. Соловьев, В. О. Ключевский) в украинской историографии рассматривался и обосновывался иной вариант эволюции: "Владимиро-мосовская держава не была ни наследницей, ни продолжительницей Киевской, она выросла из своих корней, и отношение к ней Киевской возможно скорее сравнивать например с отношениями Римского государства к его галльским провинциям, а не приемствования двух периодов в политической и культурной жизни Франции" (М. С. Грушевский). В этом случае киевский период восточнославянской истории переходил здесь, на юге,  не во владииро-московский, а в литовско-польский и т. д.

В последнее время ситуация в этом отношении несколько изменилась. В частности, в монографии, посвященной изучению истоков и вершин восточнославянской цивилизации, которая вышла в Москве в 2008 г., было оконтурено и охарактеризировано первый этап такой цивилизации (далее она переросла в российскую и евразийскую модели). Так вот, упомянутый первый этап предлагается рассматривать уже в рамках четырех составляющих: Киевской Руси (здесь речь идет исключительно о южнорусских княжествах), Новгородской феодальной республики, Русского Севера и центральнорусских княжеств. Начиная с послемонгольских времен (за исключением Галицко-Волынской Руси – т. е. до начала ХІV в.) в дальнейшем историческом движении по пути такой восточнославянской цивилизации современные украинские территории уже не рассматриваются. Поэтому вышеупомянутая "украинская схема" как будто начинает в какой-то степени признаваться и российскими специалистами-историками.

Так что дальнейшие исследования в этом направлении представителей разных школ, дискуссии и контакты между ними, могут принести еще много новой информации для объективных и обоснованных суждений в процессе написания новых страниц исторического прошлого обеих народов.