dc-summit.info

история - политика - экономика

Суббота, 18 Августа 2018

Последнее обновление в09:39:25

Вы здесь: Темы История Под маской «союзнического долга». Англо-американский шпионаж в СССР во время Великой Отечественной войны. Часть 2

Под маской «союзнического долга». Англо-американский шпионаж в СССР во время Великой Отечественной войны. Часть 2

Дмитрий Веденеев

Воспитание «пятой колонны»

Пока наши предки несли основную тяжесть войны с гитлеризмом, разведки США и Британии, как подтверждают документы органов госбезопасности, вели подготовку к масштабной борьбе за овладение сознанием народа, пугавшего Запад своей непохожестью и несокрушимостью в борьбе с агрессором, поработившим почти всю Европу. Предвосхищая «Гарвардский проект» и план «Лиотэ», тщательно изучали политические настроения населения, отношение советских людей к руководителям США, Англии, Финляндии, быт и материальное положение простого люда. Собирали сведения о работниках партийного и советского аппарата – номенклатуре, чьи наследники сами пойдут на демонтаж не побежденного ни рейхом, ни НАТО СССР, мечтая о месте в «элите цивилизованного мира».

Кадровые сотрудники спецслужб, отмечали сотрудники НКГБ, налаживают «подрывную работу в области идеологической разведки» (в 1960-х названной «идеологической диверсией»), занимаются нелегальным ввозом антисоветской литературы, кинофильмов для пропаганды преимуществ «западного образа жизни» в измученной войной стране, разжигают эмиграционные настроения и распускают провокационные слухи.

Кроме того, английские военнослужащие активно распускали слухи – о том, например, что якобы достигнута договоренность о передаче Севера Европейской части СССР в аренду Великобритании сроком на 20 лет, агитировали людей, в первую очередь женщин, за эмиграцию из страны, утверждали, что Сталин якобы против открытия второго фронта и хочет «победить Гитлера в одиночку». Даже запчасти и комплектующие для военной техники, которые поступали в СССР, нередко заворачивались в листовки антисоветского содержания, в Архангельск в адрес британской миссии прибыл багаж с польской националистической литературой. Чекисты верно оценили конечную цель пропагандистской обработки советских граждан – создание «массовой базы для подрывной работы внутри нашего государства».

Особое внимание будущие противники по психологической войне уделяли интеллигенции, молодежи и даже подросткам. В ноябре 1943 г. агентура НКГБ добыла у упомянутого Диксона составленный английским разведчиком «программный» документ о методах обработки и привлечения на свою сторону молодых людей методами «подкупа и шантажа». «Заповеди» ловца душ Диксона, рассчитанные на работу с совершеннолетней молодежью стоит привести дословно – по сути, они лежали в основе «социологической пропаганды» Запада в целом и, приходиться признать, во многом обеспечили ему победу в «Третей мировой войне», да и, пожалуй, благополучно ее пережили – особенно по части «имитации близкой дружбы»:

«1. Получение предметов первой необходимости (обувь, пищевые продукты, одежда).

2. Имитация любовных отношений.

3. Имитация близкой дружбы.

4. Получение секретов от тебе известных людей путем передачи им своих ложных секретов.

5. Взгляды на послевоенный мир (две страны – общие трудности – общие интересы – общие враги).

6. Экономика и литература, изменение жизни.

7. Изучение английского языка.

8.Обещание исполнения всего и сохранения жизни.

9. Обещание гражданства после войны.

Ученые, артисты, писатели и журналисты (личный контакт за обедом, личные связи с друзьями за ужином)».

Анализ контактов англичан (установленных разведчиков или подозреваемых в принадлежности к спецслужбе) показал, что наибольший интерес они проявляли к девушкам 17-22 лет, имевших доступ к военнослужащим (девушки легкого поведения, артистки фронтовых театров, дети и родственники командиров, служащие системы ПВО и т.п.). Военнослужащих приглашали в помещение английской миссии, угощали спиртным, дарили сигареты, продукты и даже спички. С барышнями «одарив и споив», учиняли разведывательные опросы, норовили завязать интимные отношения. Только в одном Архангельске к сентябрю 1943 г. было установлено до 1000 советских граждан, поддерживавших отношения с иностранцами, из которых до 90% приходилось на женщин.

«Под колпаком» контрразведки

Постепенно оформилась система контрразведывательных мероприятий, направленная против не в меру ретивых союзников. Основными ее направлениями стали выявление кадровых разведчиков среди иностранцев в миссиях и командах судов, разработка их связей среди советских граждан, выявление приобретенной союзниками агентуры, пресечение шпионской деятельности и подрывной пропаганды, изучение методов деятельности зарубежных спецслужб.

В особняках иностранных представительств обслуживающий персонал был в основном укомплектован осведомителями и агентами НКГБ, источниками контрразведки плотно «обставили» и гостиницы «Интуриста», рестораны, театры, Внешторг и интерклуб. Подозрительным иностранцам инициативно подставляли агентуру «из различных национальных и общественных прослоек». К 1 ноября 1944 г. в одной лишь Архангельской области по «английской и американской линии» работало 367 агентов и осведомителей, с помощью которых в этом же году удалось выявить среди персонала английской миссии 9, и в составе американской – четырех разведчиков, среди команд иностранных судов – еще семерых.

Изучалось почти 600 советских граждан, среди которых по результатам агентурной разработки разоблачили и арестовали двух агентов американской, 13 английской разведок, 13 агентов разведки польского эмиграционного правительства, «работавших на англичан», за «преступную связь» и подозрение в шпионаже в пользу Англии из портовых центров выслали 91 согражданина.

С помощью 2-го Управления НКГБ СССР местные контрразведчики улучшили технику и тактику негласного наблюдения за иностранцами. Было создано 25 закрытых стационарных постов наружного наблюдения за особняками англо-американских миссий, вдвое увеличено количество подвижных бригад «наружки» и автомашин, контролировавших передвижения и контакты обоснованно подозреваемых в причастности к зарубежным спецслужбам сотрудникам представительств, приобретены новые конспиративные квартиры. В номерах «Интуриста», особняке английского военно-морского штаба и квартире его главы Уолкера провели «мероприятия службы литер «Н» – то есть установили подслушивающее оборудование (оперативную технику, правда – сказывалась нехватка квалифицированных переводчиков-контролеров).

Но главным условием успеха пресечения недозволенной активности заморских гостей служила, конечно же, преданная и квалифицированная агентура. Весьма насыщенный отчет об организации британской разведки дал агент «Столетник» (переводчик с английского, офицер, сотрудничавший с НКВД с 1938 г.). Агент «Галина», с высшим образованием, хорошим английским и «привлекательной внешностью» сполна использовал должность заведующей столовой для сбора характеризующих материалов на англичан (в чем ей помогла владеющая языками агент-официант «Иванова» и повар «Федоров»). Контрразведке содействовали негласные источники (как правило, владевшие английским) среди переводчиков, врачей, флотских офицеров, механиков, красноармейцев охраны, водителей.

Из России без любви

Представители английских спецслужб пытались всесторонне изучить методы работы советской контрразведки, и даже проникнуть в ее агентурный аппарат. Оперативная разработка органами НКГБ Ватсона Дон Дональда (личного секретаря и заведующего секретной канцелярией разведчика Рииса, работавшего под прикрытием начальника 126-й базы), показала в делах майора Рииса имеются ... списки всех девушек Архангельска (!), работающих в НКВД – так, пот крайней мере, утверждала агент НКГБ «Маринка». Агент «Мирра» сумела подслушать, как сержант Машрофт Кеннет похвалялся сослуживцам, что является сотрудником Интеллидженс сервис и стремится добыть сведения о функциях «ОГПУ».

Более того, англосаксонские спецслужбы обратились к активным оперативным мероприятиям: выявление, перевербовка агентуры НКВД-НКГБ, «подставы» им для вербовки своих разведчиков или агентуры. «Друзья» стремились проникнуть в агентурно-осведомительный аппарат советской контрразведки, провоцировали советских служащих своих миссий на поступки, способные выдать принадлежность тех к негласным помощникам НКВД-НКГБ.

В целом советская контрразведка довольно полно вскрыла разведывательную сеть среди персонала союзных миссий. В разведке был изобличен военный атташе США на Севере Франкель (он же через коллег и источников добывал информацию по советским флотам на Тихом океане Балтике, Черном море). Выяснилось, что британский шпион Коттон создал две резидентуры из польских граждан, которым ставил задачи на шпионаж по широкому кругу вопросов на севере Европейской части СССР.

Сотрудник Интеллидженс сервис Пенн, по его же словам, стремился выведать все, вплоть до «новой гайки в подводной лодке», а кроме того, устанавливал связи с представителями еврейской общины Архангельска (торговыми работниками) и авторитетными членами еврейских общин Москвы и Ташкента (подозревавшимися НКГБ в связях с Всемирным еврейским комитетом). Были «установлены» сотрудники Интеллидженс сервис Бэрр, Сендз, Вотсон, активно пытавшиеся обзаводиться связями среди творческой и научной интеллигенции.

Ряд представителей союзных миссий, в отношении которых были добыты проверенные данные об их шпионской деятельности, просто выдворили из СССР. Среди них – англичане, майор Энтони Риис (с января 1943-го – начальник 126-й британской портовой базы в Архангельске), разведчик Куртис Берд, бывший начальник военно-морской миссии в Архангельске капитан 2 ранга Д.Уайберд и другие подданные Его Величества.

Политическая оценка (с соблюдением дипломатического такта) разведывательной активности британских подданных при выполнении ими «союзнической миссии» была дана на самом высоком уровне. В послании от 13 октября 1943 года И.Сталин писал премьер-министру Великобритании У.Черчиллю, что не видит необходимости в увеличении персонала английских миссий на Севере, ибо и находящиеся там «в течение многих месяцев обречены на праздность». Говорилось и о фактах «недопустимого поведения отдельных британских военнослужащих, пытающихся в ряде случаев путем подкупа завербовать советских граждан в разведывательных целях. Подобные оскорбительные для советских граждан явления, естественно, порождают инциденты, приводящие к нежелательным осложнениям».