dc-summit.info

история - политика - экономика

Пятница, 15 Декабря 2017

Последнее обновление в09:39:25

Вы здесь: Темы Безопасность Год за решеткой: о некоторых последствиях ареста Ю.Тимошенко

Год за решеткой: о некоторых последствиях ареста Ю.Тимошенко

Год за решеткой: о некоторых последствиях ареста Ю.Тимошенко

5 августа исполнился ровно год с момента принятием судьей Печерского суда Р.Киреевым постановления о заключении подсудимой Ю.Тимошенко под стражу и приведения этого решения в действие. Время, прошедшее с того дня, который все в большей и в большей степени воспринимается как без преувеличения исторический, стало для самой Юлии Владимировны временем нелегких физических, психологических, моральных испытаний, а для украинской политики – периодом больших перемен.

Наивно было бы считать, что нынешняя волна политических перемен оказалась следствием исключительно ареста Ю.Тимошенко. Ни в коем случае! Перемены и все, что с ними связано, назревали и вызревали достаточно давно. После победы В.Януковича на президентских выборах условия для их воплощения в жизнь сложились окончательно. Завершался исторический период, получивший название "эпоха Л.Кучмы" (правильнее было бы, видимо, говорить "Кучмы – Ющенко"), начинался следующий этап развития Украины и новой украинской государственности. Судить о его сущности, природе, особенностях можно было разве что в прогностическом ключе, его облик еще только обретал более-менее определенные очертания, хотя предчувствие того, что и он будет проходить под знаком острого противостояния различных групп правящих элит, не покидало многих из нас.

С точки зрения примитивно-бытового восприятия, новый период-"эпоха" виделся прямым и непосредственным продолжением "эпохи Кучмы" с заменой персоналий ведущих участников, но при сохранении их имиджей и ролей. На авансцену отечественной политической жизни вышли, с одной стороны, "донецкие" во главе с В.Януковичем как преемником Л.Кучмы, с другой, "сердечные" во главе с Ю.Тимошенко как преемницей В.Ющенко. При ближайшем рассмотрении, однако, такое понимание новых (или, точнее, обновленных) раскладов в политике и во власти обнаруживало свою ущербность, оказываясь весьма далеким от действительного положения дел.

Ни В.Янукович не собирался ни объявлять себя "сыном", то бишь, преемником Л.Кучмы, ни, тем более, становиться им. Ни Ю.Тимошенко не собиралась делать что-либо подобное в отношении В.Ющенко. Более того, и он, и она старались забыть, как о страшном сне, время, проведенное возле их бывших партнеров-патронов. И у него, и у нее при упоминании имен того или другого из этих самых "бывших" возникали, так сказать, смешанные чувства. Доминировало среди них отнюдь не стремление склонить голову в знак уважения и признания заслуг, а желание то ли заругаться грязными словами, то ли потянуться за чем-то твердым и увесистым, чем бы можно было запустить в того, о ком упомянули, с наибольшим ущербом для него.

Кто знает, как развивались бы события в дальнейшем, если бы одна из участниц нового политического уклада не угодила за решетку. Нельзя исключать, что развитие ситуации в русле привычной логики привело бы, в конце концов, к переформатированию украинского политического пространства и формированию двухпартийной системы, в рамках которой ПР и БЮТ, оттеснив остальные политические силы на периферию политического процесса, сменяли бы друг друга у власти и в оппозиции.

Арест Ю.Тимошенко прервал естественный ход событий, направив политический экспресс "Украина" по совершенно другому маршруту.

После 5 августа 2011 г. страна быстро растеряла приобретенные ею в результате "оранжевой революции" преимущества в позитивном восприятии извне. Репутация одной из главных надежд демократического сообщества сменилась имиджем "плохого парня", которого рано или поздно придется наставлять на путь истинный, если не по-хорошему – пряником, то по-плохому – кнутом или, выражаясь по-современному, пулеметом и ракетой.

Призрак "нового Майдана", то есть, иными словами, представление о неизбежности еще одной украинской революции, вошло в международный обиход, прочно закрепившись и в сознании сильных мира сего по обе стороны Атлантического океана, и в мировом общественном мнении.

Репутационно-имиджевые потери на внешнеполитическом "фронте" отразились на внутриполитических раскладах. С одной стороны, они стали все в большей и большей мере определяться претензиями Партии регионов на роль монополиста украинской политической системы. С другой, все более заметное место в них начали занимать радикальные проекты всех цветов радуги, открыто призывающие к смене режима неконституционным путем.

Политическая радикализация никогда и нигде не несла в себе позитива. Не следует ожидать чего-либо подобного и в современной Украине. Тот, кто не хочет понимать этой элементарной истины, призывая к войне всех против всех и действуя по принципу: чем хуже – тем лучше, – вряд ли печется о будущем страны. Такой путь к власти не просто ошибочен, а порочен.

В условиях разрастания глобального экономического кризиса, снижения уровня жизни многих людей и социальных групп радикализация части оппозиции – процесс естественный и логичный. К такому развитию событий следует относиться с осторожностью, однако, бояться его и его возможных последствий настолько, чтобы видеть в них угрозу национальной безопасности, вряд ли стоит. Радикализация всей оппозиционной рати, как это имеет место в Украине, создает весомые предпосылки для возникновения именно такой угрозы. Причем, не в долго- или средне-, а в краткосрочной перспективе, исчисляемой не годами, а может, всего несколькими месяцами.

Угроза, о которой идет речь, приобретает куда более серьезный характер, если учесть еще и такое присущее современному украинскому политическому процессу обстоятельство, как отсутствие межпартийного диалога (власть – оппозиция), а также диалога: власть – общество, власть – духовная элита. Без диалога нет, и не может быть компромисса. Без компромисса нет, и не может быть общественного согласия ни в одном из жизненно важных вопросов ни внутри-, ни внешнеполитического характера. И что самое, пожалуй, важное: без диалога и компромисса нет, и не может быть полноценной легитимации власти.

Пребывание Ю.Тимошенко в тюрьме неизбежно предполагает появление Ю.Тимошенко на свободе. И, вполне вероятно, ее возвращение к активному участию в политической борьбе. Пускай свято место пусто не бывает, пускай бывшие и новоявленные Юлины соратники делают все, от них зависящее для того, чтобы исключить саму возможность подобного сценария, у ЮВТ сохраняется потенциал внесения перелома и направления ситуации в нужное ей русло. Возвращение лидера БЮТ в политику не может пройти тихо и незаметно, оно неминуемо будет предполагать реваншизм и новый виток обострения политической ситуации.

Радикализация, идущая в отсутствие Ю.Тимошенко, покажется детским лепетом по сравнению с радикализацией, которая может стать реальностью в случае, когда нынешняя узница Качановки выйдет на волю. От карающего меча Юлии Владимировны будет крайне сложно укрыться не только тем, кто хоть в чем-то перед ней виноват, но и тем, кто в нормальных обстоятельствах мог бы чувствовать себя вполне спокойно и уверенно. Причем, наказание за действительные и мнимые преступления начнется еще тогда, когда БЮТ будет находиться в оппозиции, и продолжится с гораздо большим размахом после того, как Блоку удастся прийти к власти.

Получается парадокс: Юля за решеткой – угроза стабильности и национальной безопасности, Юля на свободе – тоже, как ни крути, угроза.