dc-summit.info

история - политика - экономика

Воскресенье, 22 Апреля 2018

Последнее обновление в09:39:25

Вы здесь: Темы Безопасность Не сдохнет ли дышло? Заметки по поводу конституционной реформы и ее отмены

Не сдохнет ли дышло? Заметки по поводу конституционной реформы и ее отмены

Не сдохнет ли дышло? Заметки по поводу конституционной реформы и ее отмены

Один древний китаец уверял, будто своими ушами слышал:

если империи гибнут, значит, в них было слишком много законов.

(Фридрих Ницше. Воля к власти)

Закон, как известно, что дышло – куда повернешь, туда и вышло.  Но если с законами происходит то, о чем гласит упомянутая простонародная мудрость, то это по крайней мере дает надежду хоть на какой-нибудь выход, пусть даже и кривой (или по кривой). В случае же с нашей Конституцией, а точнее – тем, во что она превратилась благодаря так называемой «конституционной реформе» 2004 года, даже и не знаешь, с чем этот «основной закон» сравнить, ибо куда ее ни поворачивай – как показывает практика последних пяти с лишним лет, ничего и никуда не выходит. Скорее, если продолжать опираться на сокрытую в пословицах и поговорках простонародную мудрость, можно уподобить ее разве что пятому колесу в телеге, поставленной впереди лошади.

Только при этом не следует забывать, что нынче мы живем уже аж в двадцать первом веке, веке всяких там лендроверов, «майбахов», «ауди Р8», а не допотопных мужицких телег, посему пятое колесо – уже давно не помеха, а запаска, которую всегда можно использовать, как только случай и повод для того подвернутся. Вот и конституцию у нас в последнее время как только ни используют – лишь бы не использовать ее по прямому назначению, т.е. попросту исполнять.

Знаете ли вы, что такое обрезание? Конечно, знаете, причем многие люди на земле, и далеко не только евреи, узнают об этом на своей крайней шкуре уже в первые дни жизни. Знаете ли вы, что такое «фараоново обрезание»? Уверяю, что лучше вам и не знать, слишком это жестоко. А знаете ли, что такое «президентское обрезание»? Правильно. Это то, что было сделано с президентскими полномочиями в нашей стране в конце 2004 года. Об этом также лучше было бы не знать, слишком это оказалось глупо, бездарно и чревато катастрофическими последствиями.

Получивший посредством непосредственной, т.е. прямой, как то же дышло, демократии «всенародную легитимность», т.е. легитимность довольно сомнительного свойства с формально-правовой точки зрения, Виктор Ющенко попытался подкрепить эту свою вечеобразную легитимность, вяло согласившись урезать полномочия того высшего государственного поста, на который всем Майданом возводил его украинский народ, путем введения поправок к «кучмовской», «продавленной» в ночных парламентских бдениях, Конституции 1996 года, после чего ровно год ничего не делал ни для того, чтобы воспользоваться сохраненными для него на этот год полновластными президентскими полномочиями, а затем еще четыре года снова-таки ничего не делал, но теперь уже имея хороший повод оправдать свое ничегонеделание (или, как принято выражаться шершавым языком правовиков, «злочинну бездіяльність») тем, что спущенная из администрации Леонида Кучмы – Виктора Медведчука и безоговорочно принятая им, как капитуляция (ну, разве что слегка отложенная), реформа Конституции превратила Украину из республики президентско-парламентской в республику парламентско-президентскую и связала все его инициативы и «кроки назустріч людям» по рукам и ногам.

Много с тех пор было переговорено на эту тему – и о том, что плохому танцору и Конституция мешает (в такой тональности выражались как радикальные националисты, так и поднявшие голову после первичного постмайданного испуга «регионалы»), и о том, что Конституция вообще-то у нас отличная, только ее выполнять надо, «а то шо ж ви від неї хочете, якщо її сам Президент постійно порушує» (как не уставал повторять в восемьсот шестьдесят пятый раз Владимир Литвин), и о том, что «а я ж попереджала, і саме тому політична сила, яку я очолюю, єдина у Верховній Раді не проголосувала за цю ганебну реформу» (кто такая, догадайтесь сами). Но, как бы там ни было, несомненно одно: конституционная реформа превратилась не только в притчу во языцех, но и в подлинный камень преткновения украинской политики, а разговоры о необходимости отмены «политреформы» стали напоминать своим унылым постоянством речи Марка Порция Катона-старшего по прозвищу Цензор о том, что «Карфаген должен быть разрушен».

Однако, пока у власти был Виктор Ющенко (если его пребывание на посту Президента можно охарактеризовать словами «был у власти»), разговоры эти «твердо пресекались» «мягкой рукой» «гаранта Конституции» – по версии Литвина, ее как раз постоянно и нарушавшего. Трудно сказать, чем руководствовался «гарант» в этой своей тактике, кроме старой украинской присказки «якось воно та буде» (див. з цього приводу фейлетон Остапа Вишні «Чухраїнці» про четверту з наших п’яти «глибоко національних рис», чи статтю “Антикризовий гуру Остап Вишня” http://www.dc-summit.info/ru/temy/vnutrennjaja-politika/269-269.html). Можно смело утверждать, чем он НЕ руководствовался – волей, которой у него попросту не было – ни политической, ни человеческой.

И вот теперь настал «момент истины», которая содержится, как показывают последние события, не в вине в смысле эликсира жизни, получаемого из пропитанных солнцем гроздей винограда, в чем ошибочно убеждали нас древние римляне, а в вине виновников «политреформы» и в Конституционном Суде Украины, который 23 сентября сего года принялся, наконец (как говорится, «не прошло и полгода», а за Остапом Вишнею – «спізнивсь», третя «глибоко національна риса»), за рассмотрение вопроса о неконституционности конституционной реформы 2004 года.

Камень был заброшен еще в июле (а именно 14 числа), когда в Конституционный суд Украины поступило представление от 252 народных депутатов пропрезидентской коалиции, в котором ставилась под сомнение соответствие Конституции Украины политреформы 2004 года в виде Закона № 2222–IV о внесении изменений в Конституцию Украины, принятого Верховной Радой Украины 8 декабря 2004 года. Конституционный Суд отреагировал на это «подання» в том же стиле театра абсурда, который сопровождал историю с изменениями в Конституции с самого начала, а именно – 26 июля открыл производство по представлению «группы 252», после чего в тот же день судьи КСУ почти в полном составе… ушли в отпуск. Как говорил Лев Троцкий, «ни войны, ни мира, а армию распустить».

Но недреманным оком следило в это время за соблюдением законности процедур и процедурности законов Министерство Юстиции Украины, что позволило министру означенного министерства Александру Лавриновичу уже второго сентября выступить с заявлением о том, что Минюст уже подготовил соответствующее заключение в ответ на запрос Конституционного Суда Украины – надо думать, запрос о той самой конституционности/неконституционности Конституции Украины в версии 2004 года. Содержание заключения коротко можно свести, как это и сделал Александр Лавринович, к тому, что при проведении конституционной реформы 2004 года была нарушена процедура внесения изменений в Основной закон. После этого оставалось задать вопрос: а что, собственно, остается делать КСУ после получения столь компетентного и авторитетного заключения?

Но сделать предстояло еще довольно много, а именно – подготовить и удобрить почву для утверждения и засвидетельствования мокрой, а то и сургучной, печатью, как говаривал профессор Преображенский, «окончательной бумажки. Фактической! Настоящей!! Брони!» по сакраментальному вопросу того, что принято называть украинским конституционным процессом.

Уже через неделю после выступления Лавриновича на заседании 9 сентября КСУ прекратил полномочия судей Ивана Домбровского, Ярославы Мачужак и Анатолия Дидковского в связи с тем, что они подали заявления об отставке в соответствии с положениями пункта 9 части пятой статьи 126 и статьи 149 Конституции Украины – добавим, «неконстуционной», согласно представлению депутатской «группы 252» и заключению Минюста Украины, и напомним, что это именно те судьи, которые проголосовали против «конституционного» решения КСУ, ставшего основанием для включения в правящую коалицию отдельных депутатов, а не фракций, после чего правящая коалиция получила прозвание «коалиции тушек».

Еще через неделю, 16 сентября, Съезд судей Украины, так сказать, «удовлетворил требования» нелояльных по отношению к власти четырех судей и заменил их представителями из Донецкой, Харьковской и Луганской областей, полностью укомплектовав, таким образом, формально-правовую батарею для совершения «выстрела “Авроры”» по неудачной конституционной реформе.

Еще через неделю (да что ж такое-то!), 23 сентября, «процесс пошел», судьи КСУ – видимо, получив «отпускные», а новоизбранные – «подъемные» – приступили к исполнению своих непосредственных обязанностей в рамках дурных традиций украинской политики, а именно – удовлетворению текущих политических интересов правящих группировок и выполнению политической воли тех, кто имеет и власть, и богатства, и страну, и народ. В данный момент все это имеет прежде всего Партия Регионов и отчасти «примкнувшие к ним», о чем свидетельствует не только «региональный» состав нынешнего КСУ и выступление министра юстиции, но и четко заявленная позиция представителя президента в Конституционном суде Елены Лукаш (между прочим, еще и первого заместителя главы Администрации президента): изменения парламентом Конституции в декабре 2004 года имели поспешный, необъективный, несистемный и ненаучный характер. «Принимая изменения в Конституцию Украины, парламент допустил сознательное и грубое нарушение конституционной процедуры принятия изменений в Конституцию Украины. Около 35 поправок в текст Конституции были внесены без соблюдения процедуры конституционного контроля. Закон № 2222 голосовался в «пакете» с законом о проведении дикарского, с правовой точки зрения, третьего тура президентских выборов», – поделилась она с читателями «Зеркала недели», завершив свои наблюдения тем, что «конституционные изменения – 2004 продемонстрировали всему миру приоритет политической целесообразности над юридической обязанностью парламента соблюдать требования Конституции Украины в ходе рассмотрения законопроектов и принятия законов», и напомнив между прочим: «Европейские эксперты уже тогда недвусмысленно предупреждали нас об очевидных нарушениях в ходе принятия изменений в Конституцию – 2004 и о последствиях таких нарушений: возможность отмены закона № 2222 судом».

Все это, безусловно, справедливо, но, как говорил Маяковский, «профессор, снимите очки-велосипед!» – дабы не изобретать велосипед в тысячный раз, ибо на эту тему за истекшие пять лет не высказывался разве что совсем ленивый депутат и представитель президентской администрации. И думать стоило бы не только о возможных последствиях отмены политреформы–2004, но и о том, как может отозваться собственное слово критики в адрес этой политреформы: ведь «сознательное и грубое нарушение конституционной процедуры» допустили тогда практически все депутаты ВР, за исключением фракции БЮТ, решительно и на грани скандала протестовавшей против проведения этого, как теперь выясняется, недальновидного и даже преступного решения. А признание факта преступления предполагает и признание необходимости наказания, о чем уже заявили некоторые эксперты. Так, например, председатель Совета Лаборатории законодательных инициатив Игорь Когут на пресс-конференции в «Обозревателе» выразил мнение о том, что депутаты, вносившие противоречащие Конституции изменения в законодательство Украины, должны быть привлечены к ответственности: «людей, которые голосовали за внесение изменений в Конституцию… стоит, как минимум, на десять лет лишить права избираться и занимать должности в органах публичной власти», а председательствовавшего на том приснопамятном заседании парламента 8 декабря 2004 года следовало бы лишить свободы лет эдак на двадцать пять. Интересно было бы посмотреть на то, как опустел бы нынешний парламент после проведения этой вполне обоснованной и логичной с точки зрения цивилизованной политики люстрации, учитывая, что ротация депутатских кадров во всех фракциях с тех пор, несмотря на целую серию выборов в Верховную Раду, была минимальная.

Интересно бы. Но не увидим. Потому что политики в Украине весьма подкованы и в китайской премудрости – а, стало быть, знают, что слишком большое количество законов гибельно для государства – и в философии воли Ницше, писавшего: «до чего же претит нам мысль, что все великие люди были преступниками (только с истинным размахом и уж никак не жалкими), что величие неотъемлемо от преступления». Претит, наверное, но явно далеко не всем, ибо та же Елена Лукаш не отмахивалась бы в первый же судно-конституционный день от тележурналистов с легкостью, недопустимой для грамотного законника: «Ошибки делают для того, чтобы их исправлять» (бо ж «якби ж знаття?» – перша «глибока національна риса» чухраїнців – то, мо’, і не наробили б помилок…), вполне прозрачно давая понять, что всякие разглагольствования о люстрациях – это набор словесного конструктора «Лего» для всяких там экспертов и науковцев, а власть как поступала в соответствии со своей волей и политической целесообразностью, так и будет поступать. Как это похоже на слова про народ, который героически преодолевает проблемы, которые сам же себе и создает. Беда только в том, что создают эти проблемы политики, а героически преодолевать их приходится нам, простым постсоветским людям. И дай бог, чтобы в этой борьбе сдохло только то самое дышло, которое якобы Основной наш закон, а не передохли все мы.

А если – хотя теперь уже скорее когда – вопреки словам Павла Чубинского про «ще не вмерлу Україну» мы все от такой политики и «конституционного процесса» все-таки окончательно повиздихаємо, последний могиканин из числа чухраїнців, оглядывая мутным взором кладбище разбитых “надій і сподівань”, наверняка проявит нашу пятую, последнюю «глибоко національну рису» и скажет своим крепким задним умом:

– Я так і знав!