dc-summit.info

история - политика - экономика

Воскресенье, 24 Июня 2018

Последнее обновление в09:39:25

Вы здесь: Разделы Заметки «Муся, я иду!..», или «И о погоде...»

«Муся, я иду!..», или «И о погоде...»

Эту историю мне рассказала когда-то Мария Иосифовна, мать моего друга. Это было в предвоенные годы. Ее сосед, первая скрипка из симфонического оркестра радио как-то пошел в студию на свое последнее перед уходом на пенсию выступление. Здесь надо учесть, что все передачи по радио тогда шли, как сейчас говорят, в прямом эфире.

Ни о каких записях речи не могло быть. Наш герой отменно, как всегда, сыграл свою партию и буквально за мгновение до завершения трансляции концерта встал у микрофона и произнес с большим чувством: «Муся, я иду!..» –  это он  так обратился к своей любимой жене, и вся Украина должна была оценить это движение исстрадавшейся души. Скандал, понятно, поднялся неимоверный. Но поскольку это было последнее выступление скрипача, какое-либо взыскание теряло всяческий смысл. Мария Иосифовна, рассказывая мне об этом случае, страшно сама удивлялась, что подобная выходка старого скрипача не имела для него в то жестокое время сколько-нибудь серьезных последствий. Правда, спустя пару лет, скрипач и его Муся закончили свою жизнь в Бабьем Яру.

Мне вспомнился этот случай, когда  наши СМИ обошло описание эпизода из жизни Людмилы Савченко, начальника отдела метеорологических прогнозов, регулярно выступавшей по Национальному радио. Она в прямом эфире (точно, как тот самый скрипач) вдруг, произнося рутинные фразы о том, какую погоду следует ожидать в ближайшее время, позволила себе такой пассаж: «Непонятно, как можно не любить этот райский уголок на Земле, эту страну, этот народ, чтобы так издеваться над ним». В отличие от того предвоенного казуса, нынешняя метеоэскапада имела для Людмилы Савченко суровые последствия: ее просто отстранили от дальнейшего участия в эфире, а сами метеосводки  уже не идут в прямом эфире.

По уже сложившейся практике последнего времени этот случай вызвал форменную истерику. «Надругательство над свободой слова!», «Цензура наступает по всем направлениям!», «Теперь прогнозы будут утверждать на заседании Кабмина» и т. д. Блоги Интернета вспухают от возмущения действиями руководства Национального радио. В этом хоре нет-нет да и проглядывают трезвые суждения: «При чем здесь цензура? Каждый должен делать свое дело. Я не хочу слышать в передачах о погоде размышлений о политике». И в этом последнем мнении есть резон. Если бы это была какая-нибудь частная радиокомпания, в эфире которой мы постоянно слышим чушь, то это было бы делом владельца этой компании. Если же руководство государственного радио считает, что метеоролог не должен уподобляться политическому агитатору, то это разумно со всех точек зрения. Людмила Савченко вполне может транслировать свои мысли о политике в передачах, как нынче говорят, другого формата. Но метеопрогноз должен оставаться метеопрогнозом, даже если политический небосклон застилают вихри враждебные. Всем и так уже тошно от политических ток-шоу, где не грех грязно выругаться или дать в морду. На этом фоне милое «Муся, я иду!...» кажется невинным проявлением простых человеческих чувств.

Правду говорит (а точнее поет) Лариса Долина: «Важней всего погода в доме. Все остальное суета». Тревожно становится, когда политическая суета проникает во все щели, и некуда от нее деваться.