dc-summit.info

история - политика - экономика

Четверг, 23 Ноября 2017

Последнее обновление в09:39:25

Вы здесь: Разделы Реплика Горе Врадиевки и слезы отчаяния матерей Луганщины

Горе Врадиевки и слезы отчаяния матерей Луганщины

Горе Врадиевки и слезы отчаяния матерей Луганщины

На днях отчаявшиеся матери Луганщины, чьи дети стали жертвами насилия правоохранительных органов, отправились со своими бедами в Киев. Все их попытки добиться справедливости от местных судов и прокуратуры, которые явно находятся в сговоре с милицией, оказались тщетны. В ответ на многочисленные мольбы о помощи к Уполномоченному Верховной Рады Украины по правам человека В.Лутковской они получали равнодушные «отписки» и полное бездействие. Более того, одна из матерей в ответе на свое обращение получила предупреждение, что ее заявления по аналогичным вопросам больше рассматриваться не будут.

От имени трех сотен таких же, как они несчастных матерей ТатьянаЗырянова, Ольга Остапенко и Елена Петрова обратились за помощью к Первому Омбудсману Украины Нине Карпачевой. Сегодня Нина Ивановна уже не находится на посту Омбудсмана, но для простых людей все так же остается народным защитником и надеждой на справедливость. Она организовала прием по их проблемам с участием прессы, правозащитников, экспертов - юристов.

Мы хотим, чтобы голос матерей был услышан, поэтому приводим прямую речь того, что они сквозь слезы рассказали во время встречи с Ниной Карпачевой.

Ольга Остапенко: «Я обвиняю убийц моего сына»

«В нашем поселке Таловое Краснодонского района и близлежащих - Власовке, Изварино, да и в целом по району и области, правоохранительные органы причастны к контролю за изготовлением, распространением и продажей наркотиков. Милиционеры охотятся за «клиентурой» даже среди школьников, предпочитая тех, у кого состоятельные родители. Эти, так называемые стражи порядка, насильно «вбивают» наркозависимость молодежи, пуская в ход целый арсенал подлых методов: пытки, угрозы, шантаж, что часто заканчивается смертью жертвы.

Мой сын Валера, 1974 г. р., работавший электромонтером в Краснодонском троллейбусном автотранспортном управлении, был задержан работниками милиции в октябре 2011 года по ст. 307 УК Украины.

Он с некоторых пор стал употреблять наркотические средства, но никогда не занимался их сбытом. В милиции ему подкинули шприц с наркораствором, а в качестве понятых и свидетелей привлекли наркоманов со стажем, тесно связанных с милицией.

Так началась нескончаемая череда пыток и издевательств над моим сыном. На втором этаже горотдела, замкнув предварительно Валере наручниками руки за спиной, «садисты в погонах» спустили его ударом ноги в спину с лестницы. От ударов о ступеньки его лицо превратилось в кровавую кашу, а тело – в сплошной синяк.

Им удалось выбить из моего сына признание в совершении несовершенных им преступлений. В милиции Валеру били головой о бетонную стенку из-за чего у него развилась опухоль головного мозга, сросшаяся с сонной артерией после года проведенного в застенках Луганского и СтаробельскогоСИЗО без медицинской помощи. Он ослеп, оглох, лишился частично памяти, его разбил паралич. Вызванная побоями опухоль мозга выдавила наружу правый глаз, причиняя невыносимую боль днем и ночью.

Судья Дюбин и прокурор Шалимова для сокрытия следов пыток и избиений Валеры, злоупотребляя своим служебным положением, отказали мне, единственному защитнику сына в суде, в удовлетворении ходатайства об оказании ему своевременной медпомощи.

Остановить этот ужас можно было только выкупом – пришлось передать в собственность следователю квартиру, которую мы сдавали внаем.

Позже апелляционный суд вернул на доследование дело, состряпанное Дюбиным, но Валеру было уже не спасти: упущено время. В его смерти виноваты все: и милиция и тюремщики, а самое главное – судья и прокурор, которые безосновательно приговорили моего сына к семи годам заключения.

В ноябре прошлого года коллегия судей апелляционного суда Луганской области отменила приговор Краснодонского горрайсуда в отношении моего сына, материалы уголовного дела возвращены в краснодонскую прокуратуру для дополнительного расследования, а мера пресечения изменена  на подписку о невыезде с освобождением из зала суда немедленно.

После освобождения из СИЗО он практически все время находился на лечении в медицинских учреждениях: неврологическом отделении в Краснодоне, туберкулезном диспансере в Луганске, Институте нейрохирургии в Киеве. В марте этого года областной центр медико-социальной экспертизы установил моему сыну первую группу инвалидности. 14 июня 2013 года он скончался в тяжелых муках  в возрасте 39 лет.

Все мои усилия наказать виновников моей трагедии натыкались на глухую стену кабинетов чиновников разных уровней. Еще в октябре 2012 года на мое обращение к Уполномоченному Верховной Рады Украины по правам человека Лутковской мне пришел циничный ответ «с уважением» от руководителя Секретариата Крикливенко, что указанные в моем обращении вопросы не относятся к компетенции Уполномоченного.

Я обвиняю следователя в фальсификации досудебного расследования, а судью Дюбина и прокурора Шалимову в умышленном противодействии раскрытию истины,в утверждении сфальсифицированного досудебного расследования и обвинительного заключения.

Я призываю Закон на их головы за укрывательство и поощрение издевательств над подсудимым, игнорирование его многочисленных обращений и жалоб на ухудшение здоровья.

Я обвиняю в смерти моего сына и тюремщиков, исполнителей преступных приказов. Они запихнули смертельно больного Валеру в камеру Старобельского СИЗО на 50 человек (!), что само по себе – пытка и издевательство над человеком.

Я призываю общественность не оставить безнаказанными злодеяния, совершенные сотрудниками краснодонского горотдела милиции, издевавшихся над моим сыном хуже фашистов!».

Татьяна Зырянова: «Мы проводили акции в защиту своих детей у Генпрокуратуры и Администрации Президента, но действенной помощи не дождались. Теперь все мы, матери, собираемся предстать перед Гарантом босые, в белах одеждах, с фотографиями на груди наших убитых и искалеченных детей. Нас довели до крайности: мы готовы проклясть убийц и всю эту Систему, которая их породила и продолжает защищать!»:

«Первый раз моего сына Бушкова Олега, 1976 г. р., у которого семья и двое малолетних детей, безосновательно задержали в апреле 2011 года. Накануне он проходил аттестационную медкомиссию, как инженер Суходольской исправительной колонии № 36, которая признала его полностью здоровым и годным к службе. Но в результате избиения сотрудниками милиции он попал на лечение в городскую больницу Краснодона с диагнозом «ушиб грудной клетки», есть также заключение травмпункта об его избиении. В милиции его вынудили написать заявление об увольнении с Суходольской исправительной колонии. Мы начали обращаться с жалобами в прокуратуру, началось расследование.

Через несколько месяцев, когда мы уже забыли об этом происшествии, сына пригласили работать на шахту «Суходольско-Восточная» начальником смены по охране труда и техники безопасности. Но неожиданно в октябре 2011 года его незаконно арестовали и наговором обвинили в нападении и грабеже (краже мобильного телефона, стоимостью 240 грн., у школьницы).

Его избивали и пытали так, что он ослеп, начал терять слух, а ребра превратились в месиво из хрящей на местах многочисленных переломов. Палачи в милицейских мундирах избивали сына по-фашистски изощренно, опутав тело колючей проволокой и приковав наручниками к батарее. Засунув ноги Олега в резиновые сапоги, наполненные водой, мучители подключали электрический ток к вискам и беспрерывно били так, что моментами у него отключалось сердце.

Слава Богу, не все работники органов скрывают преступления своих коллег. К примеру, следователь прокуратуры г. Краснодона М.Кудрявцев не побоялся угроз и в постановлении от 28.01.2013 г. подтвердил факт избиения Олега, а также выявил другие нарушения, в частности, попытку отнять квартиру у нашей семьи в пользу сотрудника милиции Павленко. Также следователь требовал от моего сына 15 тысяч долларов за освобождение!

За два года содержания Олега  в СИЗО Луганска, апелляционный суд неоднократно отменял решение городского суда и возвращал его дело обратно, поскольку приговор по самооговору – «явки с повинной» согласно новому Уголовно-процесуальному кодексу не действителен  без подписи адвоката, что подтвердил после личного приема и советник Президента А.Портнов.

Однако, для судьи Дюбина любой УПК – не указ - до сих пор, как и во времена ГУЛАГа, признание подсудимым своей вины является «царицей доказательств». В ответ на мою жалобу по поводу неправомерных действий судьи Дюбина Высшая квалификационная комиссия судей Украины в своем решении от 14.08.2012 г. отказала в открытии дисциплинарного дела на него.

За время нахождения под. стражей у Олега катастрофически ухудшилось состояние здоровья, но необходимой медицинской помощи, несмотря на многочисленные обращения, ему не оказывалось. С моим сыном просто решили расправиться!      

До сих пор так  и не принято конкретных мер ни к судье Дюбину, ни к прокурору Шалимовой, ни к следователю, вымогавшему у Олега 15 тысяч долларов и двухкомнатную квартиру. Более того, по неизвестным причинам из уголовного дела исчезли некоторые важные документы, существенно влияющие на объективность следствия. Скорее всего, эти и другие нарушения законодательства покрывает из корпоративной солидарности и судья апелляционного суда Луганской области  И. Шмигельский.»

Елена Петрова: «Нечеловеческие условия содержания в СИЗО Луганска и колониях области делают из здоровых людей инвалидов».

«Мой сын Носов Владимир, 1979 г. р., приговором Краснодонского горрайсуда в октябре прошлого года был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 307 УК Украины, и осужденный к шести годам лишения свободы, отбывает наказание в Славяносербской исправительной колонии № 60. По этой статье у нас в городе по 20 человек в месяц сажают. Все дела, как под копирку!

Менее чем через год нахождения в Луганском СИЗО и  колонии он тяжело заболел, и хотя болезнь прогрессировала, ему надлежащей медицинской помощи не оказывалось. За все требуют платить деньги: и за медикаменты, и за медицинское обслуживание. Зато бьют всюду, не придавая значения, здоровый человек, или нет».

Особое внимание Елена Петрова обратила на незаконное и необоснованное постановление судом приговора в отношении сына, однобокость, неполноту досудебного следствия и его сугубо обвинительный уклон, а также на фальсификацию материалов уголовного дела. При этом акцентируется на нарушении норм закона,  которым определяется уголовная ответственность за незаконный сбыт наркотических средств, незаконности проведения оперативной закупки, нарушении прав на защиту во время назначения и проведения экспертиз. Она очень надеется на хотя бы малейшую возможность добиться справедливости в борьбе за права своего сына.Теперь за дело взялся новый (уже пятый с начала процесса) адвокат.

Во время встречи настрадавшиеся матери также говорили и о других заключенных, за которых некому бороться. Случай Алексея Илларионова, о котором они рассказали, является особенно наглядным примером бесчеловечного отношения с подследственными и осужденными. В СИЗО г. Луганска он корчится от болей, причиняемых ему прободной язвой желудка и 12-перстной кишки. Он беспрерывно кашляет и захлебывается кровью, а охранникам глубоко плевать на его страдания.

Краснодонский горрайсуд присудил Алексею 3,5 года заключения, хотя он не виновен и даже есть заявление от потерпевшего об отсутствии у него претензий к Илларионову. Но, как показывает этот случай, у правоохранителей работает один принцип – заплатил, значит, выйдешь на волю, нет, получай по почкам резиновой дубинкой, а по голове – пластмассовыми бутылками с водой, чтобы не оставалось следов.

Но даже откупиться у Алексея возможности нет и помощи ждать неоткуда. Его мать смертельно больна раком и живет в селе вместе с престарелой бабушкой. Вот и вся его семья, он был их единственным кормильцем. Однако, у палачей нет ни сердца, ни души, одна жажда наживы, сфальсифицировав приговор, они приговорили к смерти сразу трех  людей!

От имени всех пострадавших матерей Луганщины Татьяна Зырянова выступила в июне этого года на парламентских слушаниях «О состоянии соблюдения прав человека в Украине». Как рассказала Татьяна, Председатель Верховной Рады Украины Владимир Рыбак проникся их горем и обещал обратить внимание Генерального прокурора Украины на эти проблемы.

Комментируя встречу с матерями, Первый Омбудсмен Украины Нина Карпачева, отметила, что подобные проблемы, к сожалению, являются типичными для всех регионов Украины и необходимо объединять усилия активных граждан, чтобы остановить и искоренить произвол правоохранительных органов, которые благодаря своей преступной корпоративности чувствуют полную безнаказанность, бесконтрольность и вседозволенность.

«В каждом регионе Украины есть своя «врадиевка». Трагедии в Краснодоне и Врадиевке обострили сегодня проблему незащищенности любого человека от произвола правоохранительных органов. Эти вопиющие прецеденты убивают в людях веру в правосудие. И это – национальная трагедия!

Этой встречей мы пытаемся привлечь внимание власти и общественности к проблемам Луганщины, где ситуация такая же трагическая как и во Врадиевке. Нам необходимо объединить усилия, чтобы достучаться до власти и спасти тех трех молодых людей, которые еще пока живы, и привлечь виновных чиновников к законному наказанию».