dc-summit.info

история - политика - экономика

Воскресенье, 19 Ноября 2017

Последнее обновление в09:39:25

Вы здесь: Разделы Периодика Терроризм и битва за Кавказ и Каспий

Терроризм и битва за Кавказ и Каспий

Терроризм и битва за Кавказ и Каспий

(перепечатывается в переводе с сербского из газеты "Политика" (Белград)

Где-то в горах Северного Дагестана Ахмад Ули стал "мучеником". В его родном городе Зарка в Иордании никто точно не знает, что с ним сталось - погиб ли он от пули, гранаты, случайной ли шрапнели. В шатре перед домом Ули в Зарке собрались его родственники и друзья. Но не для того, чтобы утешить шейха Тахи Ули, отца Ахмада, в его горе, а чтобы поздравить его с тем, что его сыну досталась почетная судьба "праведника". Черных одежд, обычных для семей в трауре, тут нет. Семья Ули происходит от чеченцев, депортированных в Иорданию во времена Оттоманской империи, и для ее членов война в Чечне - это не только джихад против русских врагов, но еще и борьба за освобождение земли их предков.

"Стать мучеником - вот, чего он хотел. Это - то, чего хотим все мы", - говорит шейх Тахи Ули. Его сын был одним из группы почти в тысячу боевиков-террористов, размещенных на территории Чечни, которые 11 лет назад были переброшены сюда из Дагестана, чтобы включиться в джихад - исламский крестовый поход против русской власти на Кавказе.

Многие из них, как Ахмад Ули, приехали из-за границы, что дало повод Москве уже в то время обратить внимание на то, что в терактах на Северном Кавказе замешаны и некоторые "заинтересованные" страны.

С тех пор существует угроза того, что терроризм с Кавказа рано или поздно распространится и на крупные города России.

Большинство стран Ближнего Востока внимательно следит за действиями исламских групп боевиков, однако неохотно становятся на путь конфронтации с террористами, если те не создают прямых угроз в самих этих странах. К тому, что творят боевики в России, отношение, как правило, иное. Теракты на территории России даже официальные круги ряда исламских стран называют "национально-освободительным движением". Операции российских силовиков против радикальных исламских фанатиков и террористов в некоторых исламских государствах склонны толковать, как "рецидивы политики колониализма, которую Москва проводит по сей день".

В 1999 г. мне довелось побывать в Дагестане. Из столицы республики Махачкалы на российском военном вертолете я летел в чеченский город Аргун. В Махачкале на морском берегу собирают смолу, а над водой стоит запах нефти. Выжженый палящим солнцем местный пейзаж напоминает средиземноморский берег Греции или Южную Италию.

Арабы были здесь в УІІ веке и применяли нефть, бившую ключами из земли, правда, только как лечебное средство для кожи. Махачкала когда-то была вторым по запасам нефти городом в мире, имея более 300 нефтяных скважин и уступая по этому показателю только признанной мировой "нефтяной столице" Баку с его более чем пятьюстами скважин.

В начале прошлого века русские превратили Баку и Махачкалу в ведущие мировые центры добычи нефти. На этом разбогатели многие, в том числе - и Рокфеллеры, и шведская семья Нобель. Гитлер во Второй мировой войне пытался прорваться к Махачкале и Баку, чтобы решить задачу обеспечения вермахта топливом. В составе гитлеровских частей, поднявшихся на Эльбрус, самую высокую вершину Кавказа, было немало чеченцев, облаченных в немецкую униформу.

На Волоколамском шоссе, на подступах к Москве, героическое сопротивление немецким "пантерам" оказывало подразделение Красной Армии под командованием лейтенанта Момиша Ули, чеченца. Может быть, его дальними родственниками были члены той самой семьи Ули из Иордании, троих из которых (кроме Ахмада, поглибли его братья Марван и Омер) она потеряла в боях на Кавказе? Может быть…

Именно из-за активного сотрудничества чеченцев с немцами в годы Второй мировой Сталин после 1945 года депортировал их из традиционных мест постоянного проживания, расселив по всему СССР. Сегодня во многих крупных городах России чеченцы держат под контролем значительную часть "теневой" экономики и достаточно богаты. Как граждане России они беспрепятственно передвигаются по всей стране, имея прочные родственные связи на юге России. Это обстоятельство значительно затрудняет российским спецслужбам осуществление контроля за потенциальными террористами.

Кавказ остается политическим минным полем. Каспийская нефть была долгое время отрезана от мира и закрыта, как муха в янтаре. Ныне ситуация меняется, внимание к региону растет. Стратеги в Вашингтоне считают, что американский доступ к нефти Каспия  важнее с точки зрения стратегических интересов США, чем расширение НАТО. Белый Дом пытается управлять политическими процессами в регионе. Битва за местную нефть в разгаре.

Для Москвы это одновременно и угроза, и шанс на получение выгоды. Ведь в бывшем СССР почти все нефтепроводы пролегали по российской территории. В Москве внимательно отслеживают все шаги американцев вокруг Каспия. Кремль стремится удерживать в своей орбите страны региона, предоставляя им экономическую помощь, и в этой работе особо активно задействованы компании "Газпром" и "Лукойл".

Важнейшей проблемой и угрозой для Москвы на Кавказе и на Каспие остается террористическое движение. Терроризм и геостратегические интересы теснейшим образом переплетены сегодня друг с другом, и разорвать раз и навсегда связь между ними Кремлю пока что не удается.

Геополитические проблемы не дают Москве покоя. Одна из них состоит в ответе на вопрос: отвечает ли интересам России усиление Америки в регионе Каспия? Россия не хочет быть младшим партнером США в борьбе против терроризма. Ибо в чем тогда будет разница между нею и, например, Польшей? Кроме того, Россия, только одной третью своей территории находящаяся в Европе, вынуждена искать баланс между партнерами на ее противоположных рубежах, ставя перед собой задачу совместить рукопожатие на Западе с объятиями на Ближнем и Дальнем Востоке.

С другой стороны, ислам в ряде местностей Южной России занял в духовной жизни значительной части населения место коммунизма. До распада СССР в Дагестане было всего 27 мечетей.., ныне - 1900, из которых отдельные настолько велики, что способны вместить и по несколько тысяч верующих. Ко всему прочему, здешние исламские священослужители тесно взаимодействуют с местной политической властью. Вербовка потенциальных террористов в условиях, когда народ и после падения коммунистической системы живет плохо и очень бедно, не представляет особой проблемы…