dc-summit.info

история - политика - экономика

Воскресенье, 19 Ноября 2017

Последнее обновление в09:39:25

Вы здесь: Разделы Периодика О стоимости ошибок и цене независимости

О стоимости ошибок и цене независимости

О стоимости ошибок и цене независимости

Предлагаем Вашему вниманию статью Ю.Мостовой, редактора газеты “Зеркало недели”, о первом этапе газового противостояния между Киевом и Москвой. Несмотря на то, что конфликт, видимо, исчерпал себя, контракты подписаны,  статья представляет определенный интерес проливая свет на закулисье произошедшего.

Есть подозрение, что правды о том, что же произошло 31 декабря на переговорах в «Газпроме», мы не узнаем никогда. Кто нажал на спусковой крючок и привел к выбросу путинской негативной эмоции по отношению к Украине, копившейся с 2004 года? Он искал повод или ему его подарили, в результате чего российский премьер принял решение открыть энергетический огонь, желая не только поразить идеологического оппонента, но и испытать в полевых условиях европейского континента энергетическое оружие? Украина же из-за допущенных ею за последние годы ошибок оказалась достаточно удобной мишенью. А Европа мерзнущая, но спящая, так и не приняла для себя решение — комбатант она или не комбатант.

Версии

Переговоры о поставках российского газа в Украину, его объемах, цене и ставке транзита голубого топлива, экспортируемого «Газпромом» через территорию Украины в страны Европы, вели: представители компании «РосУкрЭнерго», надеющиеся доказать свою незаменимость посредника в этом вопросе; руководство НАК «Нафтогаз Украины», весь год получающее противоречивые устные и письменные директивы с Банковой и Грушевского; группа доверенных лиц премьер-министра во главе с Виктором Медведчуком; сама Юлия Тимошенко, сделавшая Путина доступным собеседником и не брезгующая многочасовым и нестатусным общением с Алексеем Миллером; президент Украины, многократно объявлявший себя ответственным за обеспечение энергетической без¬опасности.

На заключительном этапе, по версии сторонников Юлии Тимошенко, произошло следующее: премьер договорилась со своим российским визави о том, что газ для Украины в первом квартале 2009 г. обойдется в 235 долл. за тысячу кубометров, при этом ставка транзита составит 1,76 долл. Тимошенко дала поручение главе НАК «Нафтогаз» положить на бумагу достигнутые договоренности к ее прилету в Москву 31 декабря, где под брызги шампанского Тимошенко и Путин парафировали бы, а главы «Газпрома» и НАК «Нафтогаза» подписали бы достаточно выгодный для Украины документ. Посол РФ Виктор Черномырдин подтвердил «ЗН», что «визит Тимошенко 31-го числа должен был состоятся по инициативе Юлии Владимировны и был согласован с российским премьером. Ее в Москве ждали». Однако, по словам источника в окружении Тимошенко, в 11 часов 31 декабря Олег Дубина сообщил, что документ технически будет готов к подписанию только к 14 часам по Москве. Больше, как уверяет источник, Тимошенко к Олегу Викторовичу дозвониться не смогла — в течение пяти часов связи с главой НАКа у премьера не было. На протяжении этого времени до Тимошенко дошла информация, что в переговорах возникли осложнения, и украинская сторона выдвинула «ультиматум». Об этом «ультиматуме» Алексей Миллер доложил Владимиру Путину, который, по словам источника, вышел далеко за пределы себя — рвал, метал, для начала отменил прилет Юлии Тимошенко, уже приехавшей в Борисполь, а впоследствии сорвался на противостояние, в которое оказался втянутым почти весь Европейский континент.

Тот же источник утверждает, что параллельно с обвалом украинско-российских газовых переговоров «Газпром» получил гарантийное письмо от оставшегося не у дел посредника, обязавшегося реализовать в Украине весь объем по 285 долл. Однако Путин, четко информированный о поддержке Дмитрием Фирташем ряда начинаний и проектов Виктора Ющенко, посчитал лишним продолжать подпитывать того, кто чуток к интересам его оппонента. Таким образом, впервые «РосУкрЭнерго» и один из его совладельцев получили нелестные эпитеты от российского премьера и перестали быть милы его сердцу, несмотря на то, что в 2004 г. Владимир Путин вместе с Леонидом Кучмой стояли у истоков создания РУЭ.

Источник в окружении Тимошенко утверждает, что в то время как украинский премьер не могла связаться с главой НАК «Нафтогаз», Олег Дубина постоянно прерывал переговоры с Миллером для того, чтобы с кем-то поговорить по телефону. «Тимошенко была уверена, что Дубина и Ющенко преднамеренно сорвали переговоры с тем, чтобы «РосУкрЭнерго» осталось на рынке Украины и сохранило за собой «в безвыходной ситуации» право монопольного поставщика газа в нашу страну. Тимошенко опасалась, что «РосУкрЭнерго» предложит более низкую цену, например 231 долл., и тогда ее договоренности с Путиным будут выглядеть невыгодными. Однако после того, как стало известно о якобы предложенной посредником цене в 285 долларов и путинские громы и молнии полетели в Фирташа, премьер окончательно утратила нить логики в происходящих событиях».

Более десяти дней Юлия Тимошенко не общалась со своим российским визави. И вот завтра, в субботу, должна состоятся ее встреча с Путиным. Какое предложение Юлия Владимировна повезет в Москву нам неизвестно, ибо совещание на котором оно вырабатывается все еще продолжалось в Кабмине на момент написания статьи. Очевидно, что в конфликте, зашедшем так далеко, обеим сторонам необходим вариант, позволяющий сохранить лицо. Однако, по некоторым данным, есть вариант при котором крайние позиции «235» и «450» могут быть оставлены без внимания, а цена будет определена в коридоре от 260 до 300 долл. Злые языки шутят, что недостающую прибыль Кремль рассчитывает получить голосами в Верховной Раде, при создании следственной комиссии как элемента процедуры импичмента. Крайне не хотелось бы верить в то, что премьер Украины способна использовать подобные аргументы в переговорном процессе. Это плохой президент, но это наш президент. Мы его породили, мы сами и решим что с ним делать.

Гораздо важнее тот факт, что в заложниках субботнего раунда переговоров — тепло в европейских домах, бюджет России, и, конечно же, экономика Украины. Не говоря уже о рейтингах…

Но вернемся к версиям. Тот факт, что председатель НАК «Нафтогаз» постоянно получал противо¬речивые указания от президента и премьера не секрет ни для кого. Давние отношения Олега Дубины с Юрием Бойко тоже не тайна и многих настораживают. Однако заметим, что Дубина был ярым сторонником подготовки к возможному конфликту с Россией. Вследствие чего, закачал в закрома Родины целых 17 млрд. кубометров газа. Совершив, по сути, единственное полезное действие накануне газовой войны. Кроме того, Виктор Ющенко, как известно, в декабре настаивал на том, чтобы 10 млрд. кубов из хранилища были выданы компании «РосУкрЭнерго» в счет оплаты долга НАКа перед «Газпромом»… Тот же Дубина, правда, и в этом вопросе снискал поддержку премьера, отказавшись удовлетворить предложение президента. И тем не менее, именно он не смог положить на бумагу и утвердить с «Газпромом» договоренности двух премьеров. Почему? На этот вопрос Олег Викторович во время заседания парламентской следственной комиссии по газу ответил примерно так: мы обсуждали договоренности, достигнутые на предыдущих раундах переговоров и готовились к их утверждению. Однако неожиданно российская сторона взяла перерыв в переговорах и через два часа мы услышали предложение, далекое от «235» и «1,8». Алексей Миллер предложил газ по 250 долл. и ставку транзита 1,6. При таком сочетании Украина теряла более 500 млн. долл. Вследствие неприемлемости таких условий для экономики нашей страны, Олег Дубина письменно предупредил российскую сторону о том, что ввиду отсутствия согласованной ставки транзита российского газа через Украину в Европу НАК «Нафтогаз» не сможет обеспечить этот самый транзит. Это заявление и было названо россиянами «ультиматумом», на который теперь они списывают все свои залитые скважины и неосуществляемую подачу газа европейским потребителям.

Олег Дубина утверждает, что он не получал никаких команд от Виктора Ющенко на остановку переговоров. Не все этому верят.

Дальше след обрывается… Что делал Олег Дубина в «Газпроме» до 21 часа 31 декабря? Было ли письмо «РосУкрЭнерго»? Почему Путин так болезненно отреагировал на заявление о невозможности официального транзита газа без определения транзитной ставки? Почему «Газпром» отказался от договоренностей, достигнутых между Тимошенко и Путиным? Почему Ющенко утверждал, что возможный пиар-визит Тимошенко в Москву не планировался и что именно он сорвал переговоры? Станет ли Олег Дубина «переговорщиком отпущения»? Или кто-то когда-то разберется как все было на самом деле? Ответы на эти вопросы должны быть найдены. Но сейчас чрезвычайно важно понять, чего же хочет добиться Россия и что противопоставить ей, а также сделать для самой себя может Украина?

Россия

Очевидцы утверждают, что «Достали!» было основным словом, при помощи которого премьер России выражал свое отношение к украинской стороне. Безусловно, в первую очередь оно адресовалось Виктору Ющенко. И тем не менее, его обещание «лишить девушек иллюзий», без уточнения в сортире ли, либо в каком другом месте, касалось и украинского премьера, и владельцев «РосУкрЭнерго», и лидера украинской оппозиции, пытавшегося, как говорят, выйти на московский Белый дом и внести свою лепту в схему «разруливания» газового вопроса.

Нулевой результат газовых переговоров стал формальным поводом для выплескивания накопившегося раздражения в отношении киевской политики, во многих направлениях идущей вразрез с интересами Москвы. Российская сторона, уповая на колоссальный информационный ресурс и многочисленные «пятые» колонны в украинском политикуме, очевидно, рассчитывала не просто дискредитировать Ющен¬ко, а создать эмоциональный фон для запуска процедуры импичмента. Ведь дискредитировать прези¬ден¬та, с рейтингом, не превышающим четыре процента, уже незачем.

Параллельно, по мере развития конфликта, который изначально мог бы ограничиться сокращением предназначающейся Украине доли газа в трубе, россияне стали конвертировать эмоцию в более прагматичные цели.

Во-первых, в дискредитацию Украины как транзитера газа. С одной стороны, посеянные сомнения дадут России новые аргументы для убеждения Европы в необходимости даже в кризисное время изыскивать средства на строительство Северного и Южного потоков — обходящих Украину транзитных магистралей. С другой стороны, вынудят Европу закрыть глаза на домогательства «Газпрома» по отношению к украинской газотранспортной системе, которую сейчас Путин готов и взять в аренду, и акционировать, и приватизировать. Тем самым лишив неповоротливый ЕС возможности иметь хоть какую-то узду по отношению к газовому монополисту.

Во-вторых, тот факт, что Россия себе в убыток в кризисное время, при низких ценах на нефть и, грозящих неизбежно после первого квартала обвалиться, ценах на газ пошла на серьезные убытки и прекратила транзит газа в Европу, свидетельствует о том, что укрощение строптивой Украины было не единственной целью Москвы. Когда 6—7 января на пульте управления «Укртрансгаза» на всех восточных входах высветился «0», большинство наблюдателей сошлось во мнении, что таким образом Россия рассчитывает обеспечить немедленную капитуляцию украинских властей. Ведь закачанные в хранилища 17 млрд. кубов НАКовского газа не должны были питать Восток Украины. Если бы «Газпром», урезав украинскую долю, продолжал поставлять газ в Европу, то НАК отбирал бы из транзитной трубы на Востоке необходимый для региона газ, с последующим восстановлением его объемов из хранилищ, что находятся на Западе Украины. В таком режиме Украина могла бы продержаться достаточно долго. В окружении премьера Тимошенко утверждают, что до мая месяца. В НАКе — до конца марта. Правда, в этом случае, Россия могла бы задаться вопросом: почему она должна платить за транзит своего газа в Европу по территории Украины? Но это уже детали. Мы же, в конце концов, верили многие годы в сказки «Газпрома» о том, что потребляем туркменский, а не на полпути замещенный газ… Владимира Путина убедили, что как только в транзитную трубу перестанет поступать газ, Украина на следующий день замерзнет. И при этом раз и навсегда поймет свое место. А глядя на Украину и день-другой подмерзая, «кто в доме хозяин» осознают и страны Европейского Союза. Но Украина удивительным образом запустила реверсное использование газотранспортной системы, обеспечив относительное тепло в домах. Таким образом, Россия не получила возможности яркой демонстрации своей доминирующей роли. Хотя это не означает, что Украина не ощутит на себе чрезвычайно серьезные последствия газового «недофинансирования» промышленных регионов. По мнению экспертов, падение производства в январе превысит 30%. Традиционно хилые в первом месяце поступления в бюджет, объективно урезанные кризисом, ощутимо уменьшаться из-за вынужденного простоя предприятий, в том числе из-за нехватки газа. И мы таки ощутим отложенные во времени результаты российских показательных выступлений. В случае если конфликт затянется, то надо полагать Россия попробует воспользоваться проблемами и украинской промышленности. Перед ней откроются химический и металлургический рынки Украины. Не говоря уже о возможности сделать скромное, но на безрыбье, выгодное предложение собственникам ряда предприятий…

Беспрецедентная газовая война, разразившаяся между Москвой и Киевом, пагубно скажется как на имидже транзитера, так и на имидже продавца. Однако нужно помнить, что Россия в этой ситуации может пострадать несколько меньше: если в деревне есть только одно сільпо, то продавец может хоть уходить в запой, хоть уезжать к теще на блины — альтернативы ему нет. Россия располагает одним из основ¬ных мировых запасов исчерпаемого ресурса. В первые недели января она продемонстрировала, что может игнорировать любые обязательства, если это в ее интересах. До этого Россия демонстрировала готовность назначать политические цены за газ странам-друзьям и странам-недругам. А в будущем может запросто вообще отказать в объемах газа стране, чья политика ее не устра¬ивает или чей президент лицом не вышел.

Как и три года назад европейская экспертная общественность, остро осознав грядущие перспективы, заговорила о необходимости новой энергетической политики для Европы. Об этом даже сказал г-н Баррозу. Проблема лишь в том, что единой энергетической политики в Европе как не было, так и нет; большинство европейских политиков мечтают стать не Де Голлями, а Шредерами; проникновение «Газпрома» и связанных с ним компаний в энергетические секторы стран ЕС становится серьезно ощутимым и сказывается не только на доходе крупнейшей российской компании и ее чиновников, но и на внешней политике ключевых стран ЕС и, как следствие, на позиции самого Евросоюза.

Украина

«Украина в этой ситуации должна выстоять» — что означают эти слова? По всей видимости, Киев должен быть достаточно изворотлив для того, чтобы не остаться один на один с Москвой в решении вопросов, связанных с ценой, объемом и ставкой транзита газа по территории Украины. Если Украина окажется в ситуации, когда будет вынуждена возобновить транзит российского газа в Европу без решения своих вопросов, то нам придется весьма туго. Слишком далеко Россия зашла в своих угрозах и противостоянии для того, чтобы пойти на приемлемые для Украины условия цены продаваемого газа и установления выгодной ставки транзита. Однако украинская ГТС и позиция Киева — последний бастион европейской энергобезопасности.

Поэтому, нашей приоритетной задачей является объяснение Европе значимости украинской газотранспортной системы для ЕС. Это последняя возможность Европы влиять на почти монопольного (норвежский газ иссякает, а сжиженный чрезвычайно дорог) поставщика голубого топлива в ЕС. Пока в Европе нет азиатского газа наша ГТС — единственное (!), что осталось неподконтрольным «Газпрому» из стратегических газовых магистралей на пути из России в Европу. Однако, похоже, европейцы не намереваются делать Киеву серьезное предложение об акционировании либо о создании консорциума на базе украинской ГТС. Зачем это Берлус¬кони, Меркель или Саркози? У них все хорошо с Путиным, да и с его Медведевым тоже неплохо. «Когда приходили за цыганами я молчал, когда приходили за евреями я молчал…» — ничего не напоминает? Недемократичная, но единоначальная Россия для многих стран ЕС является более предпочтительным партнером, нежели погрязшая в междоусобицах, в постмайданном разочаровании и коррупции Украина. Сегодня, наверное, это правда. А завтра? А послезавтра? Но многие лидеры стран ЕС способны думать о послезавтра, особенно когда в стране нет газа? Так отож…

А теперь между нами, чтоб никто не слышал. Разве не было ясно молодой помаранчевой власти с самого начала, что независимую политику, внешнюю и внутреннюю, рядом с Россией может проводить только та страна, которая платит «рыночную цену» за газ? Разве не было ясно, что НАТО, голодомор, поддержка Грузии и требование своевременного вывода Черноморского флота совершенно спокойно могут быть частью политики суверенного украинского государства, но при этом власть Украины не должна рассчитывать на льготные цены на газ от страны, чьи интересы она задевает, проводя такую политику? Неужели не было понятно, что программа энергосбережения, перехода на альтернативные источники энергии, технического переоснащения предприятий, комплексной замены коммуникаций, в которых теряется колоссальное количество производимого тепла и энергии, есть приоритетное задание президента и премьеров независимого украинского государства? Неужели не было понятно, что принципиальную позицию, которую Украина заняла сегодня, она должна была занять в 2006 году, не допустив на внутренний рынок «РосУкрЭнерго» и сохранив полученную в наследство правовую базу, «морским узлом» вязавшую между собой газовый баланс, цену газа и транзитную ставку?

Очень не люблю фразу: «а мы ж предупреждали!». И тем не менее без нее не обойтись. Последст¬вия договоренностей, заключенных под патронатом Виктора Ющенко в 2006 г. Алексеем Ивченко и Игорем Ворониным, не могли не привести к нынешней ситуации. Столкновение с Москвой, в котором Киев должен отстоять свою правоту, геополитическую значимость и транзитную надежность, все-таки произошло, но как уже говорилось, на три года позже, когда Украина оказалась в более уязвимом положении.

Параллельно одной рукой разруливая или зарабатывая политические дивиденды на газовом конфликте, украинские политики вместо необходимой консолидации не забывают о борьбе за место под солнцем на внутриполитическом рынке. Один кандидат в президенты просчитывает варианты, как ему вывести из состава Рады 150 депутатов; другой ищет технических кандидатов в президенты, способных именем СБУ закрыть западноукраинский электорат от надетого на руку Фирташа молодого лица, дебютировавшего на главной клоунской сцене страны; третий в узком кругу обсуждает невозможность проведения в стране демократических выборов и необходимость отмены очередных выборов президента, как бы представляющих собой в данных условиях угрозу национальной безопасности Украины.

Хотя совершенно очевидно, что Украине сейчас как никогда необходима консолидация, причем не только вербальная, выраженная Виталием Гайдуком и Александром Шлапаком в документе, называемом в народе «совместным заявлением президента Ющенко и премьера Тимошенко» от 01.01.2009 г. Эти действия должны быть направлены в первую очередь на наведение порядка на внутреннем украинском газовом «рынке», начиная с добычи, распределения и торговли газом. Сейчас не время разбирательств на тему «ці руки нічого не крали і ці родичі нічого не брали». Сейчас время понять, откуда рядом с Ахметовым, Пинчуком и Коломойским на украинском Олимпе капитала появился человек, три года назад являвшийся газотрейдером средней руки, которых в Украине было «на рупь кило». И если в стране есть правоохранительные органы, способные ответить на этот вопрос, флаг им в руки. Вот Путин Фирташа не видел никогда; зачем — ему, наверное, Могилевич достаточно рассказывал. А украинские прокуроры в сравнении с российским премьером имеют привилегии доступа, и могли бы разобраться, как можно купить торбу облгазов, заводов, телеканалов и земель, поставляя в Украину самый «дешевый» газ.

Тема облгазов также требует особого внимания, глубоко просчитанного, а не кавалерийского наскока «а ля национализация», быстрого и юридически грамотного реформирования этой системы, связанной с распределением газа потребителям, надежным содержанием магистралей, сбором платежей. Ревизии подлежат и злоупотребления на внутреннем рынке от газотрейдерства, в результате которых к вящей радости чиновников, выделяющих лимиты, одним газ достается, другим его отключают, к тому же диктуя ценовые параметры.

Несмотря на кризис, в мире еще можно получить кредиты на вполне приемлемых условиях для внедрения программ энергосбережения. Для власти, живущей одним днем, это, конечно, хлопотное дело, и в электоральном смысле — не самое благодарное. Гораздо проще на выборах пообещать всем вернуть все депозиты или всем простить кредиты. Но может со временем, когда народ Украины таки осознает себя как нацию граждан, а политика воспримет страну как ответственность и гордость, а не место для политиканского ристалища, человеку или людям, сократившим потребление газа, скажут спасибо.

И последнее из краткого перечня. Украина может стать инициатором создания качественно новых правил работы энергетического рынка. Именно она может требовать выработки прозрачных и понятных правил неполитического ценообразования и методики определения транзитных ставок в треугольнике «Москва—Киев—Брюссель». Понятная и прозрачная форма, ясная методика могли бы быть предложены, если не на так называемом московском саммите, то хотя бы в ближайшее время. Если правила игры в этой сфере не будут изменены и их по прежнему в одностороннем порядке будет устанавливать «Газпром», а точнее Кремль, то нет никакой гарантии, что уже в преддверии начала второго квартала придется созывать очередной саммит. Тем более, что все происходящее по инерции рассматривается в рамках старого докризисного мира. Экономика большинства стран подвергнется ощутимой перестройке в смене приоритетов и стилей работы. И энергетическая составляющая в этом перерождении будет далеко не последней. Если нынешний газовый кризис послужит толчком для переосмысления существующих правил, то его, несмотря на тяжесть последствия для всех сторон, можно будет считать оправданным и полезным.

Источник: Зеркало недели