dc-summit.info

история - политика - экономика

Воскресенье, 21 Октября 2018

Последнее обновление в09:39:25

Вы здесь: Разделы Периодика Вопрос ценой в судьбу экономики?

Вопрос ценой в судьбу экономики?

Вопрос ценой в судьбу экономики?

Отчаянно пытаясь возвратить благосклонность иностранных кредиторов и возобновить сотрудничество с МВФ, украинская власть наконец-то приступила к поиску цивилизованных путей решения проблемы рекапитализации банков. Вмешательство в этот процесс международных финансовых организаций не только сдвинуло с мертвой точки ранее слишком вялотекущий процесс, но и дало шанс, что под их присмотром он сможет приобрести достаточно цивилизованные черты.

Однако из-за потраченного впустую полугодия решение этой принципиальной для будущего отечественной экономики задачи упирается в слишком большое количество неизвестных…

«Наше твердое обязательство»

По-видимому, чиновники МВФ уже отчаялись дождаться от украинских властей как четкой и внятной стратегии противодействия кризису, так и реальной системной работы по ее воплощению. Там уже не придают слишком большого значения подобным «формальностям», решив сосредоточиться на своих ключевых приоритетах — обеспечении условий для сохранения внешней платеже­способности Украинского государства.

Анонсируя приезд очередной миссии в Украину, департамент внешних связей МВФ сослался на наличие лишь трех пунктов в перечне требований. А именно: принятие законов, направленных на укрепление финансового положения Пенсионного фонда и НАК «Нафтогаз Украины», а также согласованных с МВФ и Всемирным банком законопроектов, призванных содействовать реструктуризации банковского секто­ра. При этом из Вашингтона сообщили, что «МВФ получил убедительные заверения от президента и премьер-министра об их намерении обеспечить в течение недели 13—17 апреля» принятие соответствующих нормативно-правовых актов парламентом.

Как видно, среди выдвинутых условий остались лишь те, которые призваны нейтрализовать наиболее серьезные угрозы платежеспособности страны, способные спровоцировать дефолт Украины по внешним долговым обязательствам. Таковыми, как известно, являются плачевное финансовое положение «Нафтогаза», дефицит Пенсионного фонда и возможный массовый падеж банков.

К моменту приезда миссии даже для самых оптимистично настроенных обитателей украинского политического олимпа стало очевидно, что Украине не удастся избежать дефолтов по внешним обязательствам, пусть и корпоративным. Напомним, что, по подсчетам НБУ, валовый внешний долг страны на 1 января с.г. составлял 103 млрд. долл., а сумма краткосрочных и части долгосрочных обязательств, подлежащих погашению в нынешнем году, оценивается иностранными экспертами в 40—45 млрд. долл.

Если эти оценки верны, то полностью и «без вопросов» обслужить такой объем валютных выплат для украинских заемщиков крайне проблематично даже при участии государства. На этом и основывается фактическая уверенность иностранных финансистов в неизбежности дефолта Украины по внешним долгам.

Конечно, здесь необходимо сделать оговорку, что вышеназванные подсчеты основываются на данных официальной украинской статистики, которая, как известно, не видит разницы между реальным внешним долгом и обязательствами перед связанными структурами, которые подлежат пролонгированию или рефинансированию. Но реальная структура внешнего долга, несмотря на громогласно озвученное поручение главы государства разобраться в этом вопросе, так и остается загадкой. По крайней мере, для общественности.

Инициатива по объявлению корпоративных дефолтов прозвучала на нынешней неделе из уст… Виктора Ющенко. Глава государства, как свидетельствует пресс-релиз на его официальном сайте, «предложил коммерческим банкам провести переговоры с международными финансовыми учреждениями относительно реструктуризации или пролонгации финансовых обязательств второго-четвертого кварталов».

Подобный посыл фактически означает призыв к банкирам объяв­лять дефолты по внешним обязательствам, как минимум, технические. Впрочем, несмотря на всю «горечь поражения», осознание украинскими властями этой почти очевидной необходимости можно расценивать положительно.

Во-первых, как утверждают люди сведущие, существуют две большие разницы между дефолтами, объявляемыми по инициативе самого заемщика (добровольно, с одновременным выдвижением предложений по реструктуризации его обязательств), и принудительной процедурой, инициируемой в судебном порядке кредиторами.

Грамотная реструктуризация украинских внешних корпоративных обязательств все-таки могла бы помочь сохранить хоть какое-то лицо перед внешним миром, в котором тоже, кстати, уже обанкротились или находятся на грани банкротства немало вчерашних «икон капитализма». И здесь, как ни крути, тоже не обойтись без поддержки Международного валютного фонда, прекрасно осознающего масштаб наших внутренних проблем.

Во-вторых, президентский призыв к реструктуризации внешних долгов может означать, что до украинских властей таки дошла очевидная истина: при выборе из двух зол — корпоративного или государственного дефолта — первое все-таки меньше и предпочтительнее. И что за бесконечную эксплуатацию механизма финансирования частного внешнего долга государственным кого-то когда-то могут призвать к ответу.

О чем речь? Тем, кто еще не в курсе, предлагаем самостоятельно найти решение несложной задачки. Что происходит, когда внешние долговые обязательства той или иной частной структуры погашаются за счет валюты, приобретенной из резервов НБУ за гривни, полученные все у того же Нацбанка через рефинансирование? Которое, в свою очередь, представляет собой лишь чистейшей воды эмиссию, покрытую только быстро обесценивающимися и зачастую весьма сомнительными залогами? А далеко не бездонные и быстро опустошаемые резервы НБУ пополняются лишь за счет валюты, позаимствованной на не слишком длительный срок у МВФ.

Неужели это объявление Верховной Радой даты президентских выборов напомнило главе Украинского государства, что обязательства банков перед своими соотечественниками не менее важны, чем внешние? Как бы там ни было, с интересами «маленьких українців» приходится считаться, когда их обезденеженные кризисом массы приобретают электоральный статус…

Дух электоральной борьбы уже, похоже, всецело поглотил действующего президента. Иначе что стояло за вызовом вашингтонских эмиссаров прямо в аэропорт «Борисполь»? Добраться до Киева кому-то было невтерпеж?

Явная игра на публику двигала Виктором Ющенко и в ходе организованной в стенах НБУ очередной встречи с банкирами, когда в присутствии приглашенных на нее представителей миссии МВФ, Всемирного банка и ЕБРР глава Украины распекал правительство и Нацбанк за их неспособность в течение вот уже нескольких месяцев предложить четкий и прозрачный порядок рекапитализации. По ходу отдав должное «высочайшему профессионализму представителей нынешней миссии», Виктор Андреевич призвал их не уезжать из Киева, пока необходимый порядок не будет разработан и утвержден. Срок, как обычно, был назначен невыполнимый — четыре дня.

Со своей стороны, наш уважаемый президент не смог обеспечить поддержку всеми своими парламентскими единоверцами необходимых для ублажения МВФ законопроектов. Хотя накануне публично призвал парламент их одобрить.

Найденный правительством выход — утверждение необходимых решений собственными постановлениями — глава миссии Шейла Пазарбазиолу оценила положительно. Однако сомнения в легитимности подобного пути возникают далеко не только у спикера Литвина.

Особенно это утверждение справедливо в отношении вопросов, связанных с рекапитализацией проблемных банковских учреждений. Ведь без законодательного урегулирования этот процесс вместо того, чтобы решать банковские проблемы, может начать их массово продуцировать.

Клубок противоречий

Сложно не согласиться с теми, кто утверждает, что и заявленная цена вопроса (44 млрд. грн., предусмотренных для вхождения государства в капитал проблемных банков нынешней редакцией бюджетного закона), и чрезвычайная конфликтность интересов заранее обрекают на неудачу попытку провести необходимый законопроект через парламент.

Слава Богу, в рекапитализационный процесс начали активно вмешиваться международные финансовые организации. Их участие дает Украине шанс, что огромные коррупционные риски, с которыми сопряжена рекапитализация, удастся в значительной степени сбалансировать. Представители МФО уже вынудили правительство создать специальный совет по рекапитализации банков (состоит из восьми человек), в работе которого тоже собираются принимать участие.

Волей-неволей Кабмину пришлось пока свернуть с той чрезвычайно скользкой дорожки, по которой готово было припустить его нынешнее руководство. Юлия Тимошенко лишь едва-едва не наступила на те же грабли, которыми дубасила Нацбанк за «оплошности» его руководства в вопросах рефинансирования. А слухи о 20—30-процентных откатах за предоставление государственной финансовой поддержки, которые уже требовали некоторые вхожие в кабинеты премьера и первого вице-премьера лица, якобы так и остались лишь слухами.

Однако множество вопросов, с которыми сопряжена рекапитализация, все еще остается. Даже видимая часть айсберга — подлежащие распределению 44 млрд. грн. — выглядит слишком внушительно, чтобы не будоражить воображение и аппетиты.

Напомним, что отсутствие необходимых для этого реальных денег в казне не проблема: обязательный выкуп Нацбанком долговых обязательств правительства на покрытие рекапитализационных затрат (фактическая эмиссия) согласован и одобрен иност­ранными кредиторами. Поэтому эта сумма не учитывается в тех 50 млрд. грн., в которые, как объявил 10 апреля президент Ющенко, МВФ оценивает дефицит украинского бюджета.

Между тем за рекапитализацию банков украинскому обществу придется платить как минимум двойную цену. Во-первых, из-за возрастания госдолга увеличивается изрядно замусоленный украинскими политиками, но от того не менее болезненный показатель — долговое бремя для будущих поколений. Во-вторых, мы вряд ли откроем большую тайну, сообщив, что увеличение количества гривен в обращении при фактическом параличе инвестиционно-кредитных процессов и шокирующем падении экономики ведет к практически неизбежному снижению покупательной способности отечественных дензнаков. Или, другими словами, к инфляции.

Кто основные претенденты на спасение и рекапитализацию? По просочившейся в прессу информации, в ходе состоявшегося 10 апреля в Нацбанке закрытого совещания руководства НБУ с временными администраторами проблемных банков представители минфина США и МВФ озвучили прогноз, согласно которому вводить временные администрации украинскому банковскому регулятору придется примерно в 50 финансовых учреждениях. Из-за обрывочности этой информации сказать, на чем основана подобная оценка, сложно. Заметим лишь, что она удивительным образом совпадает с предположением, сделанным в одном из недавних номеров «ЗН» (№11 от 28 марта 2009 г.).

Четкие критерии отбора претендентов на вливание в капитал бюджетных ресурсов пока не оглашались. Ранее из Нацбанка поступала информация, что в числе «жаждущих» значатся

26 учреждений. Как оказалось, за этой цифрой вроде бы нет такого же числа реально поданных заявок на прохождение непростой процедуры. Как разъяснил в четверг и.о. главы Минфина Игорь Уманский, 26 — это то количество банков, которые подходят для рекапитализации государством согласно критериям НБУ (не ставшим пока, как и многое другое, достоянием гласности). «Из 26 банков имеем программу по капитализации, которую составил НБУ и довел до банков. Акционеры 19 из этих банков приняли решение, что они акцептуют эту программу, и взяли на себя обязательства проводить капитализацию. Семь банков не подтвердили, что они самостоятельно проведут капитализацию», — пояснил г-н Уманский.

И.о. министра перечислил и названия банков, которые уже внесены правительством и НБУ в рекапитализационный список. Это — Укргазбанк, Имэксбанк, Укрпромбанк, «Родовид Банк», а также банки «Финансы и кредит», «Надра» и «Киев». Общая потребность этих учреждений в капитале составляет 20 млрд. грн.

При оглашении списка г-н Уманский сделал весьма примечательную оговорку, первоначально вместо «Киева» упомянув другой банк, название которого тоже связано со столицей, — «Хрещатик». В результате «Хрещатику» пришлось защищать свою репутацию, в срочном порядке опровергая причастность к злополучному списку, что вскоре подтвердил и сам и.о. министра.

Однако оговорка, по данным источников «ЗН», была не случайной. Все дело в том, что первоначально в списке семи основных претендентов на рекапитализацию значился не «Киев», и не «Хрещатик», а совсем другой банк из числа крупных (тоже с украинским капиталом). Практически до последнего шансы банка «Киев» оставались неопределенными. Не поэтому ли руководители НБУ называли противоречивые цифры — то семь, то восемь рассматриваемых учреждений? И не поэтому ли решение по этому банку, как утверждают осведомленные источники «ЗН», пришлось принимать даже при отсутствии необходимого проекта постановления?

Во второй половине дня в четверг правление НБУ успело рассмотреть вопрос только по трем учреждениям: Укргазбанку, Имэксбанку и банку «Финансы и кредит». Все они получили положительный вердикт. Однако для собственника «ФиК» Константина Жеваго слишком неприятным сюрпризом стали условия, внесенные в положение о рекапитализации буквально накануне. Примечательно, что с содержанием этого документа в ходе вышеупомянутого совещания еще не были ознакомлены и многие члены правления НБУ.

А нормы, которые там содержатся, оказались, по информации источника «ЗН» в Кабмине, достаточно жесткими. Во-первых, в качестве условия предоставления своей помощи правительство выставляет требование уступить ему как минимум 75% плюс одну акцию. Во-вторых, в такой же пропорции предполагается и участие представителей Кабмина в менеджменте (правлении) капитализируемого учреждения. В-третьих, необходимым условием вхождения государства в капитал банка является предварительное введение в него временной администрации или куратора НБУ и введение моратория на выполнение его обязательств перед кредиторами. Таким образом, на Нацбанк перекладывается ответственность за достоверность информации о положении дел в банке на момент принятия решения о выделении бюджетных средств.

И, в-четвертых, банк обязуется обеспечить полный доступ к своей внутренней информации, в том числе и к той, которая представляет собой банковскую тайну.

Из последнего пункта, на наш взгляд, проистекает ключевая угроза, которой подвергаются в таких условиях клиенты рекапитализируемых учреждений. На что будут тратиться основные усилия ставленников правительства в банках, над которыми будет получен контроль? Будет ли это реальное оздоровление учреждения, или, например, претензии на имущество и собственность его клиентов?

Ведь реприватизационные планы, о которых заявила еще в 2005 году и от которых могла так и не отказаться действующий премьер-министр, в текущих условиях имеют все шансы на реализацию в очень даже крупных масштабах.

О чем речь? Все дело в том, что из-за проблем в экономике только у очень немногочисленных банковских заемщиков не возникло перебоев с доходами и проблем с обслуживанием ранее полученных банковских займов. Согласно опубликованным на нынешней неделе данным Госкомстата, убытки отечественных предприятий за январь—февраль 2009 года выросли в 2,5 раза, тогда как прибыли уменьшились на 61,4%.

Известно, что займы юрлицам банки выдают в основном под залог, стоимость которого, как правило, значительно превышает сумму кредита. Конечно, для каждого коммерческого банка крупный клиент-предприятие имеет огромное значение, поэтому в нынешних условиях банки и их корпоративные заемщики стараются по возможности искать компромиссные решения. Однако со временем такие решения будет находить все сложнее. Ведь дно падения экономики, о достижении которого уже поспешили заявить в правительстве, воодушевившись приростом промышленности на 7,1% в марте по сравнению с февралем, выглядит пока чрезвычайно шатким и сомнительным. Особенно если учесть, что спад за квартал превышает 30%.

На это обратили внимание целый ряд независимых экспертов-аналитиков, участвующих в подготовке консенсус-прогноза, составлением которого занимается журнал «Эксперт-Украина». Все дело в том, что уже происшедшее падение в промышленности было уж слишком резким и значимым для того, чтобы ускоряться и дальше (предел есть всему!). Так что некоторая коррекция этого показателя выглядит пока слишком неустойчивой, чтобы давать повод для серьезного оптимизма.

В то же время обращает на себя внимание ускоряющийся спад в торговле. По опубликованным на нынешней неделе официальным данным, розничный товарооборот Украины в марте 2009 года снизился на 16,9% по сравнению с мартом 2008-го, тогда как в феврале этот показатель составил 14,1, а в январе — 7,8%.

Госкомстат явно не торопился с публикацией квартального показателя ВВП, однако, по мнению некоторых осведомленных экспертов, наиболее вероятным выглядит его падение за первые три месяца текущего года на уровне около 20%. И надеяться на кардинальное улучшение ситуации пока не приходится. Ведь без возобновления банковского кредитования и активизации инвестиционных процессов невозможно реальное улучшение в экономике в целом, масштабы которой далеко не ограничиваются несколькими крупными металлургическими холдингами и парой десятков химических предприятий.

А значит, платежеспособность украинских заемщиков будет ухудшаться и дальше, а проблемные банковские кредиты — накапливаться.

Что плохого в том, если нерадивого частного собственника сменит эффективный государственный менеджмент? В принципе, ничего, если бы украинские реалии не показывали, что на один положительный пример эффективного государственного менеджмента приходится как минимум несколько десятков, а то и сотен отрицательных. Но коль уж увеличения роли государства как собственника в нынешних условиях не избежать (о чем свидетельствует и начало процесса огосударствления банковских учреждений), то ключевым вопросом становится то, по каким принципам, критериям и процедуре будут отбираться нанимаемые государством для управления его активами менеджеры? И еще — какими будут главные мотивы их деятельности?

Остается только надеяться, что ответы на все эти вопросы мы найдем в пока еще остающейся фантомом для общества программе рекапитализации банковских учреждений.

Источник: ZN