dc-summit.info

история - политика - экономика

Воскресенье, 19 Ноября 2017

Последнее обновление в09:39:25

Вы здесь: Разделы Периодика «Газпром» - РУЭ: двуликий Янус газового мира

«Газпром» - РУЭ: двуликий Янус газового мира

Газпром - РУЭ: двуликий Янус газового мира

В немногочисленных высказываниях официальных лиц Украины по поводу актуальной тематики отношений «РосУкрЭнерго» — НАК «Нафтогаз Украины» в контексте решения Арбитражного института Торговой палаты Стокгольма фигурой юридического и политического умолчания является «Газпром», хотя общеизвестно, что российский монополист — соучредитель РУЭ. Определение реальной роли ОАО «Газпром» крайне важно с точки зрения решения «стокгольмской дилеммы» Украины — «платить или не платить». Центром НОМОС в рамках исследовательского проекта «Ассоциации «ЭнергоТранспарентность» были проанализированы некоторые юридические и финансовые аспекты деятельности тандема «Газпром» — РУЭ.

Почему важна роль «Газпрома» в отношениях с РУЭ?

В январе 2007 года содиректор «РосУкрЭнерго» и одновременно член правления «Газпрома» Константин Чуйченко в своем публичном интервью дал исчерпывающе четкое позиционирование в тандеме РУЭ — «Газпром». «Исторически на Украину поставляли газ посредники, к которым «Газпром» не имел никакого отношения. Так вот я подчеркиваю, что RUE для «Газпрома» не посредник, а дочерняя трейдерская компания», — живописал юрист по образованию, ныне помощник президента РФ и начальник его контрольного управления. Не менее интересно в этом же интервью и заявление, что Centragas (т.е. Фирташ с Фурсиным) владеет 49,9% «РосУкрЭнерго».

Не последний по важности человек для РУЭ Вольфганг Путчек дал очень схожую характеристику РУЭ для британской неправительственной организации Global Witness еще в 2006 году: «РосУкрЭнерго» не являлась транзитной компанией, подобно Eural Trans Gas… «Газпром» является контрольной силой в «РосУкрЭнерго»…»

Тема взаимоотношений между «Газпромом» и РУЭ достаточно важна и актуальна. В частности, правомерность или неправомерность перехода к «Нафтогазу Украины» права собственности на 11 млрд. кубометров газа зависит от того, в какой мере «Газпром» контролировал РУЭ. Если «Газпром» осуществлял полный эффективный контроль над РУЭ, уже само по себе согласие «Газпрома» на переход к «Нафтогазу» права собственности на 11 млрд. кубометров может свидетельствовать в пользу правомерности замены собственника газа. В этом случае можно было бы констатировать наличие у «Газпрома» как материнской компании, эффективно контролирующей РУЭ, обязательства предпринять меры по юридическому оформлению формальностей, необходимых для фиксации перехода права собственности на газ к «Нафтогазу».

Здесь важно отметить, что «Нафтогаз» не скрывал своего намерения приобрести 11 млрд. кубометров именно в собственность. В частности, о «переходе права собственности к НАК на газ, находящийся в подземных газовых хранилищах ДП «Укртрансгаз» и принадлежащий РУЭ, в объеме до

11 млрд. м куб.» прямо говорится в пункте 4.2 Договора уступки между «Нафтогазом» и «Газпромом» от 20.01.2009 года. В решении Стокгольмского арбитража от 08.06.2010 года также констатировано, что «преамбула Договора уступки… предусматривала, что «Нафтогаз» выразил желание приобрести право собственности на 11 млрд. м куб. газа».

Иными словами, «Газпрому» было хорошо известно о намерении «Нафтогаза» получить

11 млрд. кубометров газа именно в собственность, а также о том, что хозяйственные договора от 20 января 2009 года заключались «Нафтогазом» не иначе как с целью получить газ в свою собственность. Поэтому, заключив с «Нафтогазом» договор уступки от 20.01.2009 года, а также два договора купли-продажи газа от того же числа (их копии опубликованы на сайте «ЗН», №19 от 22 мая 2010 года), «Газпром» согласился с такими планами «Нафтогаза» и поддержал его в этом. В таком случае заключение между «Газпромом» и «Нафтогазом» 20 января 2009 года двух договоров купли-продажи (продажа «Газпрому» со стороны «Нафтогаза» 11 млрд. кубометров газа и его последующая покупка НАКом в тот же день, что, на первый взгляд, является довольно странной хозяйственной операцией) может рассматриваться как выполнение «Газпромом» в качестве материнской компании, эффективно контролирующей РУЭ, обязательств по соблюдению формальностей, позволяющих юридически оформить переход к «Нафтогазу» права собственности на 11 млрд. кубометров газа без участия РУЭ.

Конечно, вышеизложенное является предположением, основывающимся на общеизвестных фактах. Однако даже такое предположение свидетельствует о ряде принципиально важных вещей.

1. Вывод Стокгольмского арбитража по вопросу о том, правомерно ли 11 млрд. кубометров газа были оформлены в собственность «Нафтогаза», в значительной степени зависел от рассмотрения судом аспектов взаимоотношений не только между «Нафтогазом» и РУЭ по данному вопросу, но и между «Нафтогазом» и «Газпромом», а также между «Газпромом» и РУЭ.

Как известно, документы и свидетельства, раскрывающие указанные аспекты, были отозваны из арбитража по решению украинской стороны. Тем не менее эти документы могут быть приняты во внимание украинским судом при рассмотрении вопроса о выдаче разрешения на исполнение (т.е. вопроса о «легализации») решения Стокгольмского арбитража на территории Украины.

2. Без юридической оценки действий «Газпрома» представляется невозможным расследовать надлежащим образом возбужденные в Украине уголовные дела, касающиеся, как утверждается, хищений и злоупотреблений в отношении 11 млрд. кубометров газа. А это, в свою очередь, требует проведения ряда процессуальных действий в отношении должностных лиц российской стороны, принимавших участие в подготовке и реализации договора уступки и договоров купли-продажи от 20.01.2009 года. При наличии, конечно, желания установить объективную истину в рамках соответствующих уголовных дел.

3. Если «Газпром» как соучредитель, эффективно контролирующий РУЭ, должен был обеспечить переход к «Нафтогазу» права собственности на 11 млрд. кубометров газа, а в итоге все вылилось в решение Стокгольмского арбитража о возврате этого газа в пользу РУЭ, то возникает вопрос — выполнил ли «Газпром» свои обязательства перед «Нафтогазом»? И если не выполнил, то почему? И может ли такое невыполнение рассматриваться через призму уголовного права как мошенничество? Не стоит забывать, что возврат газа в пользу РУЭ более чем выгоден «Газпрому» как акционеру РУЭ! Данные вопросы — к правоохранительным органам Украины, если, конечно, они действуют как ПРАВОохранительные, а не РУЭохранительные органы.

4. Заслуживающим внимания является и то, что 11 млрд. кубометров природного газа, на которые «Нафтогаз» оформил право собственности, находились в подземных газохранилищах Украины в режиме «транзит» и, как утверждалось, предназначались для дальнейшего экспорта в страны Евросоюза. Как уверяла в свое время РУЭ, такой экспорт предназначался для покрытия убытков от поставок газа в Украину по ценам ниже европейских. О том, насколько такое объяснение убедительно, немного ниже. Пока же важно обратить внимание на то, что при изменении схемы поставок газа в Украину и подписании 4 января 2006 года Соглашения об урегулировании отношений в газовой сфере, в намерение трех задействованных сторон («Газпрома», «Нафтогаза» и РУЭ) входило установление функциональной зависимости между правом РУЭ экспортировать до 15 млрд. кубометров газа в страны ЕС и обязанностью РУЭ обеспечить газовый баланс Украины по приемлемым ценам. Иными словами, РУЭ получала газ от «Газпрома» для экспорта в ЕС при условии обеспечения ею газового баланса Украины.

По объяснениям РУЭ, часть прибыли от европейского экспорта предназначалась для покрытия убыточности украинских поставок. Как выразился в январе 2009 года один из бенефициариев «РосУкрЭнерго» Дмитрий Фирташ: «Я удовлетворил одновременно всех: я накормил Украину, я накормил «Газпром», а за всю свадьбу заплатила Европа». Поэтому когда с января 2009 года РУЭ была исключена из схемы поставок газа в Украину, возникает вопрос — могла ли РУЭ получить в 2009 году выгоды от экспорта в ЕС природного газа, который был поставлен «Газпромом» для целей поддержания газового баланса Украины? Сохранила ли РУЭ право на экспорт природного газа в ЕС, перестав быть поставщиком природного газа в Украину, учитывая упомянутую выше функциональную зависимость между экспортом в ЕС и обеспечением газового баланса Украины? В этом контексте небольшой, но важный дополнительный нюанс: в соответствии с соглашением от 4 января 2006 года, РУЭ имела право экспортировать газ в ЕС по совместным с «Газэкспортом» программам. Поэтому важно выяснить, были ли согласованы на 2009 год программы совместного экспорта газа между Группой «Газпром» и «РосУкрЭнерго», без которых РУЭ не могла экспортировать газ. Этот вопрос, кстати, актуален и для ситуации, если НАК вернет РУЭ часть или весь объем газа по решению Стокгольмского арбитража. Экспортировать этот газ без согласия «Газпрома», который, среди прочего, де-факто контролирует выходные газоизмерительные станции Украины, РУЭ не сможет.

Насколько «Газпром» контролирует «РосУкрЭнерго»?

Вопрос о степени контроля «Газпрома» над РУЭ Стокгольмским арбитражем предметно не анализировался. В своем решении арбитраж ограничился одной лишь констатацией того, что «РУЭ является совместным предприятием, в котором Группе «Газпром» и компании «Центрагаз Холдинг АГ» принадлежит по 50% акций». Однако ничто не мешает исследовать этот важный вопрос по собственной инициативе как украинским правоохранительным органам, так и украинским судам при рассмотрении вопроса о легализации в Украине решения Стокгольмского арбитража. Они так или иначе должны исследовать все обстоятельства, имеющие отношение к переоформлению права собственности на 11 млрд. кубометров газа. Со своей стороны, хотелось бы обратить внимание на ряд фактов, свидетельствующих, с нашей точки зрения, о том, что степень контроля «Газпрома» над «РосУкрЭнерго» превосходит ту, которую имеет акционер, владеющий 50%.

1. Согласно данным сводной финансовой (бухгалтерской) отчетности ОАО «Газпром» за 2005 год, в октябре «Газпром» выдал поручительство РУЭ под обеспечение кредита АБ «Газпромбанк» в сумме 672 млн. долл. со сроком погашения в июне 2007-го и процентной ставкой 10%. По состоянию на 31 декабря 2005 года непогашенный остаток задолженности по данному кредиту, на который распространялись поручительства Группы «Газпром», составил 366 млн. долл. Как указано в сводной финансовой (бухгалтерской) отчетности ОАО «Газпром» за 2006 год, РУЭ в 2006 году выполнила свои обязательства по указанному кредитному договору с АБ «Газпромбанк», а обязательства «Газпрома» по договору поручительства были прекращены.

Указанный факт примечателен как минимум по двум причинам.

Во-первых, это красноречивое свидетельство того, благодаря кому РУЭ вообще появилась на свет. Указанный кредит на весьма немаленькую сумму нужен был для «запуска» деятельности РУЭ — начального формирования оборотного капитала. Как видим, предоставила этот капитал Группа «Газпром» и сама же себе прогарантировала его возвращение.

Во-вторых, в соответствии с общепринятой практикой, поручительства на такие суммы и в подобных случаях выдаются, как правило, в отношении тех компаний, которые поручитель эффективно контролирует, то есть в отношении которых поручитель выступает материнской структурой. В противном случае существует высокий риск безвозвратной потери денег. Также существует информация о том, что и в 2007—2008 годах РУЭ кредитовалась «Газпромбанком».

2. Компания «РосУкрЭнерго» как одно из крупнейших зависимых обществ, входящих в состав Группы «Газпром», указывалась в сводной финансовой (бухгалтерской) отчетности Группы «Газпром» за 2005—2008 годы. В данной отчетности, среди прочего, раскрывалась информация касательно операций Группы «Газпром» с РУЭ как с одним из аффилированных (связанных) лиц в соответствии с Положением по бухучету (ПБУ) 11/2000 «Информация об аффилированных лицах» и в соответствии с ПБУ 11/2008 «Информация о связанных сторонах». При этом применение указанных ПБУ к РУЭ означает, что «Газпром» рассматривал ее как компанию, которую он имеет возможность контролировать или оказывать на нее значительное влияние при принятии решений по вопросам хозяйственно-экономической деятельности.

3. На официальном сайте РУЭ опубликованы документы под названием «Финансовые показатели 2006» и «Финансовые показатели 2007». Опустим тот факт, что РУЭ ни разу так и не опубликовала свою аудированную отчетность. Ограничилась лишь публикацией финансовых показателей объемом аж полторы страницы каждая (!), где указано, что они подтверждены аудитором, но при этом само подтверждение аудитора не опубликовано(!). Примечательным является тот факт, что в сносках к указанным документам РУЭ прямо указано, что «данные финансовые показатели предоставлены для консолидации в годовой отчет ОАО «Газпром». При этом в соответствии с международными стандартами финансовой отчетности показатели РУЭ могут быть консолидированы в отчетность «Газпрома» только в том случае, если «Газпром» осуществляет полный и эффективный контроль над компанией. Данный пример может свидетельствовать о том, что сама РУЭ считала, что «Газпром» ее эффективно контролирует.

4. Общеизвестно, что роль РУЭ в торговле газом между РФ и Украиной была очерчена в Соглашении об урегулировании отношений в газовой сфере от 4 января 2006 года. Подписали это соглашение три стороны — «Нафтогаз», «Газпром» и «РосУкрЭнерго». В дальнейшем роль РУЭ была откорректирована Соглашением о развитии отношений в газовой сфере от 12 марта 2008 года. Что примечательно, последнее соглашение подписано только двумя сторонами — «Нафтогазом» и «Газпромом». Тем не менее в нем содержались положения, предусматривающие обязательства РУЭ. Например

пункт 1: «RosUkrEnergo AG или «Газпром» продает с 1 января по 31 декабря 2008 года «Нафтогазу» природный газ…» И это не говоря уж о том, что «Нафтогаз» (не иначе как по настоянию «Газпрома») принял на себя ряд обязательств в отношении РУЭ. Например пункт 7: «Нафтогаз» обязуется обеспечить RosUkrEnergo AG отбор и транзит объемов центральноазиатского газа.

Таким образом, все очень похоже на то, что «Газпром договаривался в начале 2008 года с «Нафтогазом» в том числе и от имени РУЭ, которая не протестовала против этого, а наоборот, выполнила все договоренности, достигнутые «Газпромом» в отношении ее обязательств (контракт на поставку природного газа в Украину в 2008 году был заключен между «Нафтогазом» и РУЭ на условиях, предусмотренных пунктом 1 соглашения от 12.03.2008 года). Красноречиво также и другое положение пункта 7 соглашения от 12.03.2008 года, в соответствии с которым «Нафтогаз» обязан предоставить «Газпрому» подтверждение объемов природного газа, хранящегося в ПХГ Украины, принадлежащего компании РУЭ. Все это говорит о том, что «Газпром» ведет себя как полноправный хозяин РУЭ, заботится о ее имуществе, как о своем собственном, выступает от ее имени, и «РосУкрЭнерго» против этого не возражает! А ведь подобное поведение — юридически обязывает.

5. Еще один прецедент — октябрьское 2008 года Соглашение о принципах долгосрочного сотрудничества в газовой сфере. В указанном соглашении, подписанном на двустороннем уровне между «Нафтогазом» и «Газпромом» без участия РУЭ, предусматривался выход из соглашения от 04.01.2006, а также перевод на «Газпром» задолженности «Нафтогаза» перед РУЭ за поставленный газ. Осуществление таких действий без участия и согласия «РосУкрЭнерго» юридически невозможно, если только не рассматривать «Газпром» и РУЭ как одно целое. Таким образом, в данном случае «Газпром» снова ведет себя как лицо, имеющее полный контроль над РУЭ, а она и не возражает против этого.

6. Следует также обратить внимание на технические соглашения между НАК «Нафтогаз Украины» и ОАО «Газпром», где можно увидеть немало интересного. Например, если взять «Техническое соглашение между ОАО «Газпром» и НАК «Нафтогаз Украины» об условиях сдачи-приемки природного газа на приграничных ГИС для транзита его через территорию Украины, а также передачи его потребителям Украины в 2008 году», то в этом двустороннем документе фигурирует газ РУЭ, а статья 9 четко фиксирует: «Настоящее техническое соглашение распространяется на Контракты, по которым осуществляется транзит, передача и хранение природного газа, а именно:

— контракты между НАК «Нафтогаз Украины» и Компанией RosUkrEnergo AG №5-ТРК купли-продажи природного газа от 29 июля 2004 года, №14/935-1/04 купли-продажи природного газа в 2005—2028 годах от

29 июля 2004 года, №14/935-2/04 об объемах и условиях транзита природного газа через территорию Украины в 2005—2030 годах от 29 июля 2004 года, №14/935-3/04 об объемах и условиях закачки природного газа в подземные хранилища газа, его хранения, отбора и транспортировки в 2005—2030 годах от

29 июля 2030 года, № б/н купли-продажи природного газа от

6 марта 2008 года, №14/198/08 купли-продажи природного газа от 14 марта 2008 года;

— контракт купли-продажи природного газа в 2006—2010 годах между ЗАО «Укргаз-Энерго» и компанией RosUkrEnergo AG».

Вывод очевиден: «Газпром» выступал в этом соглашении не только от себя, но и от РУЭ в отношениях с «Нафтогазом». По сути «Газпром» и РУЭ в техсоглашении — единое целое.

Почему же при таких имеющихся прецедентах у тогдашнего руководства «Нафтогаза» не могло сложиться юридически обоснованное представление о том, что «Газпром» вправе действовать от имени «РосУкрЭнерго» в отношении 11 млрд. кубометров газа и что договоренности между «Нафтогазом» и «Газпромом» по этому вопросу обязательны для РУЭ?

Кое-что об «убыточности» бизнеса РУЭ в Украине

С января 2006 года по январь 2009-го «РосУкрЭнерго» выступала эксклюзивным поставщиком природного газа в Украину. Финансовая (бухгалтерская) отчетность ОАО «Газпром» (головной компании) и сводная финансовая (бухгалтерская) отчетность Группы «Газпром» за 2005—2009 годы содержит открытую для доступа общественности информацию касательно, в частности, деятельности РУЭ на газовом рынке. Обобщение данной информации позволяет сделать ряд довольно интересных выводов. Если прямо не отмечено иное, приведенные ниже данные взяты непосредственно из указанной финансовой (бухгалтерской) отчетности Группы «Газпром» или рассчитаны на основании таких данных.

В 2006-м, 2007-м и 2008 году, на которые приходится пик деятельности РУЭ, «Газпром» поставил 66, 65 и 62 млрд. кубометров природного газа, соответственно. Большая часть этого газа была поставлена в Украину. Оставшаяся часть предназначалась для экспорта в Европу, для продажи по рыночным ценам с целью, как утверждалось, компенсации убытков РУЭ от поставок газа в Украину по заниженным ценам. Какая часть газа была поставлена для целей внутреннего потребления в Украине, а какая предназначалась для экспорта в Европу — в отчетности Группы «Газпром» не указывается. В то же время информация относительно объемов и цен поставок газа в Украину может быть получена из данных Госкомстата Украины.

Приведенные выше данные могут быть соотнесены с данными Группы «Газпром» об объемах и стоимости поставок газа для «РосУкрЭнерго».

Обращает на себя внимание то, что средняя цена, по которой РУЭ приобретала у «Газпрома» природный газ в 2006—2008 годах, была существенно ниже цены, по которой она поставляла газ в Украину. В этом контексте также обратим внимание на два нюанса.

Речь идет именно о средней (средневзвешенной) цене. В газпромовской отчетности, к сожалению, не указана точная цена для природного газа каждого из происхождений: указывается только верхний и нижний ценовые пределы для газа российского происхождения и средняя цена газа среднеазиатского происхождения. При этом также отсутствует информация об объемах поставок для РУЭ каждого из видов (по происхождению) природного газа. Такой подход, вероятно, объясняется нежеланием раскрыть коммерческую информацию о ценовой политике «Газпрома» в отношении РУЭ, что лишний раз подтверждает: РУЭ и «Газпром» — части единого целого.

Среднеазиатский природный газ, вероятнее всего, приобретался РУЭ на границе России со странами Центральной Азии. То есть РУЭ несла также расходы по его транспортировке до украинско-российской границы. Поэтому логично будет скорректировать среднюю цену поставленного газа с учетом понесенных затрат на доставку газа до границы с Украиной. Эти данные можно найти в отчетности «Газпрома».

С учетом этих замечаний, опуская расчетную часть, получаем следующую ценовую картинку (см. табл. 3). Из данных табл. 3 следует: исходя из средневзвешенных цен, РУЭ могла заработать на каждой тысяче кубометров газа, поставляемого для целей потребления в Украину, 0,61 долл. — в 2006 году, 19,58 долл. — в 2007-м и 14,67 долл. — в 2008-м. И это в масштабах поставок, превышающих 50 млрд. кубометров в год! Приведенные выше расчеты показывают, что украинский бизнес РУЭ был весьма прибыльным делом для нее даже при поставках газа по ценам, ниже европейских. Данные расчеты также ставят под сомнение высказывания некоторых бенефициариев РУЭ о том, что «украинский бизнес никогда не был прибыльным», «РосУкрЭнерго за три года дотировала Украину на 4,5—5 млрд. долл. США», «[РосУкрЭнерго] дотировала стоимость газа для Украины за счет прибыли, получаемой от экспорта в Европу».

Вполне возможно, что приведенные высказывания основываются на том, что РУЭ включала в баланс поставок газа в Украину газ российского происхождения, который формально приобретался у «Газпрома» по цене, превышающей цену поставок для Украины (например, в 2006 году при цене поставок газа в Украину в 95 долл. за 1000 кубометров РУЭ покупала, в том числе для поставок в Украину, российский природный газ по цене от 163 до 232 долл. за 1000 кубометров). Этим, скорее всего, и объясняется «убыточность» украинского бизнеса для РУЭ. Однако такой сценарий представляет собой не более чем манипуляционную виртуальную технологию, преследующую явно не экономические цели. Включение в структуру поставок газа в Украину сравнительно дорогого российского газа позволяло, с одной стороны, сохранить лицо российской стороне, настаивавшей во время газового кризиса 2006 года на повышении цены на российский газ до 230 долл.

А, с другой стороны, РУЭ могла направить на экспорт в Европу больше газа среднеазиатского происхождения, цена которого, как видно из табл. 3, была значительно ниже закупочной цены российского газа, продавая его по европейским ценам с увеличенной маржой и получая сверхприбыли за счет такого экспорта. Это — основной сценарий, который был реализован на практике.

А теперь представьте себе альтернативный сценарий, согласно которому РУЭ поставляла бы в Украину исключительно среднеазиатский газ, который приобретался по цене ниже цены поставок в Украину, а весь более дорогой российский газ экспортировала бы в ЕС. При этом каким бы дорогим ни был российский газ, его цена для РУЭ была априори ниже европейских цен. По такому альтернативному сценарию и поставки в Украину, и экспорт в ЕС были бы прибыльными для РУЭ, хотя при этом валовые доходы от экспорта в ЕС были бы ниже, чем по основному сценарию.

Но самое главное заключается в том, что реализация как основного, так и альтернативного сценария, во-первых, позволяла РУЭ получать одинаковый доход (т.е. не влияла на валовые доходы «РосУкрЭнерго») и, во-вторых, не требовала каких-либо технологических изменений в схеме поставок газа в Украину и ЕС (тот или иной сценарий реализуется исключительно «на бумаге»). Это, в свою очередь, наталкивает на мысль о том, что выбор того или иного сценария поставок газа мог быть обусловлен не экономической выгодой, а политической или какой-либо иной целесообразностью.

Из вышеизложенного следует, что наделение РУЭ правом экспорта природного газа в страны ЕС фактически являлось не компенсатором убыточных операций по поставкам газа в Украину, как было заявлено, а механизмом генерирования сверхприбылей для РУЭ и ее бенефициаров.

Наконец, финансовая отчетность Группы «Газпром» позволяет развеять еще один миф, созданный РУЭ. На своем веб-сайте РУЭ утверждает, что «компания, с одной стороны, выступает гарантом поставок газа в Украину по приемлемым для экономики этой страны ценам, а, с другой, является финансовым гарантом перед «Газпромом», который последовательно получает от «РосУкрЭнерго» оплату за поставленный в Украину газ». О том, как РУЭ выполняла свои функции финансового гаранта перед «Газпромом», свидетельствуют данные табл. 4.

Как следует из табл. 4, «РосУкрЭнерго» — постоянный должник «Газпрома». При этом общая сумма задолженности в каждый из трех годов, на которые приходится пик деятельности РУЭ на газовом рынке (2006—2008 годы), превышает 1,5 млрд. долл. (!) за поставки газа (остальная часть общей дебиторки — вероятнее всего, задолженность по выплате дивидендов). Такой вот финансовый гарант. При этом в 2006-м, 2007-м и 2009 году часть задолженности РУЭ была реструктуризирована на долгосрочной основе. Даже на начало 2010-го общая сумма задолженности РУЭ перед Группой «Газпром» составляет около 750 млн. долл., из них почти 400 млн. долл. — долгосрочная часть реструктуризированной задолженности. Такое отношение «Газпрома» к задолженности РУЭ представляется более чем лояльным, особенно на фоне его жесткой политики по отношению к «Нафтогазу», который должен был оплачивать поставки газа в полном объеме не позднее 7 числа следующего календарного месяца, и «Газпром» более чем внимательно следил за соблюдением такого графика оплаты.

Анализ финансовых отчетностей Группы «Газпром» за 2005—2009 годы дает основания и для других, кроме изложенных выше, выводов и предположений. Например, интересно, что Группа «Газпром» не только продавала газ в пользу РУЭ, но и покупала его у РУЭ. В принципе, в этом не было бы ничего особенного, если учитывать, что исторически услуги по транзиту по территории России среднеазиатского природного газа такими посредническими структурами, как РУЭ, оплачивались путем передачи Группе «Газпром» определенных объемов газа. Однако бросается в глаза, что стоимость соответствующих транзитных услуг была существенно меньше стоимости газа, купленного «Газпромом» у РУЭ. Так, в 2007 году услуги по транзиту газа до границы с Украиной обошлись РУЭ приблизительно в 440 млн. долл., в то время как от продажи газа Группе «Газпром» РУЭ получила около 1740 млн. долл. То есть сальдо в пользу РУЭ составило 1,3 млрд. долл. (!).

Аналогичная ситуация характерна и для 2008 года: стоимость транзита по территории России — около 945 млн. долл., доход РУЭ от продажи газа Группе «Газпром» — порядка 1,585 млрд. долл., сальдо в пользу РУЭ —

640 млн. долл. При этом в финансовой отчетности Группы «Газпром» прямо указано, что покупка газа у РУЭ осуществлялась по рыночным ценам (!). Таким образом, РУЭ покупала у Группы «Газпром» газ по ценам ниже рыночных, а продавала — по рыночным (!). Получается, что РУЭ зарабатывала не только на экспорте газа в Европу, но и на торговле с Группой «Газпром»?!

Интересна ситуация и в отношении того, по какой цене РУЭ покупала у Группы «Газпром» газ российского происхождения. Как указано выше, в финансовой отчетности Группы «Газпром» приводится только верхний и нижний пределы цены для РУЭ российского газа. Хотя в отношении газа происхождением из Центральной Азии указана средняя цена. В отчетности также указаны только общие объемы газа, поставленного для РУЭ, без разбивки на российский и среднеазиатский газ. Тем не менее, зная общий объем поставок газа для РУЭ, среднюю цену на среднеазиатский газ (см. табл. 3), а также точные объемы поставок в Украину газа как из Центральной Азии, так и из России (см. табл. 1), можно попытаться рассчитать среднюю цену, по которой РУЭ приобретала у Группы «Газпром» российский газ. В этой связи, например, расчеты в отношении 2007 года показывают, что в зависимости от объемов поставки для РУЭ российского газа (минимальные объемы — только те, которые были поставлены в Украину, максимальные — разница между общим объемом поставки для РУЭ и объемом среднеазиатского газа, поставленного в Украину) средняя цена, по которой Группа «Газпром» поставляла российский газ для РУЭ, составляла от 105 до 113 долл. за 1000 кубометров. И это при том, что в 2007 году Украина импортировала газ по цене 130 долл.

* * *

Не случайно зампред правления «Газпрома» В.Голубев направил 15 сентября 2009 года письмо в Украину, в котором акцентировал внимание НАКа на недопустимости исследования в арбитраже роли «Газпрома» в споре между РУЭ и «Нафтогазом» (подробнее см. сайт «ЗН» от

15 июля 2010 года). В «Газпроме» прекрасно понимали, что это может означать как для исхода арбитражного разбирательства в Стокгольме, так и для независимой оценки соответствующих действий «Газпрома» и его репутации.

Тем не менее украинской власти все же следует читать и считать. Вероятно, летним отпуском объясняется молчание курирующего ТЭК первого вице-премьера, который после первого вердикта Стокгольмского арбитража утверждал, что «Нафтогаз» 197 млн. долл. RosUkrEnergo платить не обязан. Премьер в последнее время также обходит стороной тему РУЭ, хотя его слова о том, что «решения Стокгольмского трибунала должны быть нашими органами юстиции, правительственными учреждениями внимательно изучены», указывают направление действий. Но, похоже, сейчас ключевые лица, бойко представляющие интересы швейцарского трейдера «Газпрома» в органах исполнительной власти, скорее заняты придумыванием вариантов одновременного удовлетворения всех, чтобы и лицо сохранить, и РУЭ (считай — «Газпром» и правящий российский дуумвират) удовлетворить, да при этом и себя лично не обидеть, а еще списать все на «козлов отпущения» из предыдущей власти.

При этом как-то упускается из вида, что приближается 1 сентября — дата возврата «Нафтогазом» в пользу РУЭ 12,1 млрд. кубометров газа согласно решению Стокгольмского арбитража от

8 июня 2010 года. А 8 сентября истекает трехмесячный срок, в течение которого арбитражное решение может быть оспорено в апелляционном суде Швеции согласно статье 34 закона Швеции об арбитраже. Похоже, Минюст Украины вместе с другими ведомствами настолько увлекся изучением и анализом Стокгольмского арбитражного решения, что рискует не успеть к указанным датам. А тем временем «Нафтогаз» и Минтопэнерго Украины, как утверждает профильный министр, «никуда не торопятся», ведут переговоры с РУЭ и «Газпромом» (ну как же без него!) об «урегулировании ситуации без нарушения газового баланса страны».

И никого не останавливает то, что стокгольмское арбитражное решение не легализировано (не признано и не приведено в исполнение) в Украине согласно Гражданскому процессуальному кодексу Украины и Закону Украины «О международном коммерческом арбитраже». С соответствующим ходатайством о признании и исполнении РУЭ должна обратиться в Шевченковский районный суд Киева. Однако не делает этого. Все-таки есть сомнения в обоснованности и правомерности Стокгольмского решения и его соответствии публичному порядку Украины? Или соответствующее судебное решение уже готовится, а мы узнаем об этом в «нужное» время? По крайней мере, информация об обращении РУЭ в украинские суды за легализацией отсутствует в Едином государственном реестре судебных решений Украины.

Тем не менее обратим внимание на существование статьи 33 закона Швеции об арбитраже, которая позволяет обратиться в шведский суд с иском о недействительности арбитражного решения, если оно или процедура его принятия очевидно несовместимы с основными принципами шведской правовой системы. В частности, арбитражное решение может быть признано недействительным в силу уголовных преступлений, лежащих в его основе, например в силу преступного сговора. В этом случае разбирательство касательно недействительности арбитражного решения может быть инициировано в любое время после вынесения арбитражного решения (даже спустя годы). Кроме того, выполнение нелегализированного иностранного арбитражного решения также может быть чревато последствиями (в том числе уголовно-правовыми), особенно если в дальнейшем будет установлено несоответствие такого арбитражного решения публичному порядку Украины.

Повнимательнее следует присмотреться к происходящему в Украине и Европейскому Союзу. «Зубы дракона» давно дали свои всходы в ЕС. Уже неоднократно обращалось внимание на то, что схема РУЭ клонирована в европейских проектах российского монополиста. Там же, в швейцарском кантоне Цуг, работают офисы компаний-девелоперов российских потоков. Они же будут распределять и финансовые потоки. Согласие отдельных западноевропейских стран на эти сомнительные с экономической точки зрения проекты настораживает и заставляет задуматься о том, не превысил ли критическую отметку уровень коррумпированности власть предержащих в Берлине, Риме, Париже и Вене.

А в «Газпроме», судя по всему, живут предвкушением грядущих событий. Там уверены в том, что одна из ипостасей двуликого газового Януса получит вожделенную добычу — либо деньгами для РУЭ, либо тушкой «Нафтогаза» для «Газпрома». Пока все происходит по их сценарию. Пока… Но есть закон непредвиденных последствий, и он всегда вносит свои коррективы в цепь событий.

P.S. Когда статья была сверстана, на сайте лидера БЮТ появилось сообщение о том, что «19 июля компания «РосУкрЭнерго АГ» обратилась в Шевченковский районный суд города Киева с ходатайством о принудительном исполнении решения Стокгольмского арбитражного суда от 8 июня 2010 года, согласно которому НАК «Нафтогаз Украины» обязана вернуть «РосУкрЭнерго» 12,2 млрд. кубометров газа». Какое решение примет украинский суд?

P.P.S. Когда номер уже был сверстан, стало известно, что 19 июля 2010 года РУЭ обратилась в Шевченковский районный суд Киева с ходатайством о легализации Стокгольмского арбитражного решения от 08.06.2010 г. Учитывая предусмотренные законодательством Украины процессуальные сроки, «Нафтогаз» может подать свои возражения против ходатайства РУЭ ориентировочно до 25 августа 2010 года. После  получения возражений «Нафтогаза» (или отказа «Нафтогаза» от их предоставления) или при отсутствии возражений – в конце августа судья определит время и место судебного рассмотрения ходатайства РУЭ, о чем стороны будут уведомлены не позднее, чем за 10 дней до такого заседания. Неявка в судебное заседание без уважительных причин представителей «Нафтогаза» не будет препятствием для рассмотрения ходатайства РУЭ.  

Рассмотрение Шевченковским районным судом ходатайства РУЭ будет также своеобразной лакмусовой бумажкой для Генеральной прокуратуры Украины, которая имеет право вступить в данный судебный процесс, если этого требует защита конституционных прав граждан, интересов государства и общества (статья 121 Конституции Украины, часть 2 статьи 45 ГПК Украины, статьи 35 и 36-1 Закона Украины «О прокуратуре»).

Скоро мы узнаем точку зрения органов прокуратуры по поводу того, насколько изъятие из газового баланса Украины 11 млрд. кубометров газа (что покрывает более 62% ежегодных потребностей населения Украины в газе или более 46% ежегодных потребностей украинской промышленности) соответствует интересам национальной экономики и населения Украины.

Есть ли в государстве хоть одно его подразделение, способное провести различие между интересами РУЭ и интересами государства Украина?

Источник: ЗН