dc-summit.info

история - политика - экономика

Вторник, 17 Октября 2017

Последнее обновление в09:39:25

Вы здесь: Проекты Круглый стол Интервью академика НАН Украины, директора Института демографии и социальных исследований НАН Украины Эллы Либановой

Интервью академика НАН Украины, директора Института демографии и социальных исследований НАН Украины Эллы Либановой

Академик НАН Украины, директор Института демографии и социальных исследований НАН Украины Элла Либанова

Вашему вниманию предлагается эксклюзивное интервью академика НАН Украины, академика-секретаря отделения экономики НАН Украины, директора Института демографии и социальных исследований НАН Украины Эллы Либановой.

Какой статус наиболее рационален для Украины: внеблоковый, нейтральный или присоединение к какому-либо силовому альянсу?

В идеале, разумеется, лучше иметь нейтральный статус, но, как показывает опыт, это дорогое удовольствие. И очень немногие страны могут себе это позволить. Когда в этом случае начинают приводить в качестве примера, скажем, Швейцарию, забывают, что в нейтральном статусе Швейцарии заинтересован весь мир из-за её уникальной банковской системы. Поэтому я плохо себе представляю, как Украина может развиваться таким образом.

Какой вектор развития в условиях мирового кризиса наиболее выгоден для Украины?

Соответственно отсюда и возникает выбор вектора развития. Идеальный вариант – сохранять хорошие отношения со всеми. Насколько у нашей страны это может получиться, сказать трудно. Отношения с Россией вроде бы ментально ближе. И здесь присутствует ещё один фактор: Россия как будто демонстрирует заинтересованность в отношениях с Украиной. В каких —это уже другой вопрос. Важно, насколько эти отношения предполагают паритетность, равноправность и т. д. К сожалению, я вижу мало подобной заинтересованности со стороны европейских стран. И я неоднократно говорила об этом европейцам: нельзя так себя вести с Украиной. Даже если что-то складывается не так, нужно демонстрировать свой интерес и говорить, что вы собираетесь делать. И делайте какие-то первые шаги. Получается же всё наоборот: Украина отменяет визовый режим для стран ЕС и ожидает встречных шагов. Потом выясняется, что зря ожидает. И подобных примеров достаточно много.

Что сейчас мешает развитию взаимовыгодного сотрудничества между Украиной и Россией?

Россия никак не хочет понять, что Украина – это не младший брат и с ней необходимо вести себя как с равноправным партнёром. А Украина никак не может избавиться от комплекса младшего брата и от позы вечно обиженной. И своей постоянной болезненной реакцией на всякого рода высказывания российской стороны (далеко не всегда официальные) сама даёт повод считать себя младшим братом, у которого забрали любимую игрушку. Вряд ли правильно обращать внимание на мелкие укусы со стороны достаточно мелких деятелей и возводить всё это в ранг смертельной обиды.

Как объективно оценить проблемные вопросы нашей истории?

Один из таких вопросов, который в последнее время вызывает далеко не однозначную оценку не только по разные стороны украинско-российской границы, но и в самих наших странах: являлась ли Украина колонией в составе Российской империи? В какой-то степени, по-моему, на этот вопрос можно было бы ответить утвердительно, хотя чисто колониального статуса у Украины не было. В разные периоды «колониальный градус» Украины то почти исчезал (как это случилось в годы правления Елизаветы Петровны, когда было восстановлено гетманство и представители украинской элиты начали всё больше фигурировать в высших эшелонах власти), то существенно возрастал (к примеру, при Екатерине ІІ, когда были ликвидированы казацкие вольности, или во второй половине ХІХ столетия в связи с дискриминационными мерами по отношению к украинскому языку). Можно вспомнить, что Украина не имела автономии подобно той,  котрой обладала в составе Российской империи Финлядия. Если же говорить о том, стóит ли обвинять Российскую Фелерацию в трагедиях, которые пережила Украина в составе СССР (голодомор, репрессии и т.д.), то  здесь я бы воздержалась от таких безапелляционных оценок. В этих и других трагедиях сталинской эпохи был повинен сам режим. В начале 20-х годов жесточайшим образом (с участием регулярных войск и с применением отравляющих веществ) было подавлено крестьянское восстание на Тамбовщине, населённой русскими, и подобных примеров было немало. Другое дело, что Голодомор в Украине ударил главным образом по этническим украинцам, поскольку именно они составляли преимущественную часть сельского населения. И мне как исследователю (как, впрочем, и другим моим коллегам) нельзя шарахаться из одной крайности в другую: многие из тех, кто в советское время занимал достаточно высокие посты в партийной иерархии и с пеной у рта утверждал, что никакого голодомора не было в природе, нынче обвиняют в этой трагедии исключительно Россию.

Как Вы прогнозируете дальнейшее развитие украинско-российских взаимоотношений?

Если улучшением считать братские объятья, то упаси нас Бог от этого. Надо уйти от пропагандистских клише советского образца.  Если же говорить о нормальных добрососедских отшношениях, то, думаю, мы к этому раньше или позже придём. Разумеется, лучше бы раньше. В постоянной конфликтной ситуации жить нельзя. Надеюсь, что перспективы в этом плане обнадёживающие. При этом возможны временные, ситуативные осложнения. Если же иметь в виду долговременную перспективу, то по-другому мы жить просто не имеем права. Но, повторяю, без ложно понимаемой братской дружбы.

Каким образом научная общественность Украины и России может содействовать гармонизации равноправного сотрудничества между нашими странами?

Я считаю, что это едва ли не главный элемент нормализации украинско-российских отношений во всём их многообразии. Кстати, в постсоветские годы именно учёные (за редким исключением) подавали пример того, как можно налаживать взаимовыгодные контакты. На недавней международной научной конференции «Украина и Россия: потенциал взаимодействия и сотрудничества» я обращала внимание на то, что  именно исследования ученых позволяют проанализировать не только количественный, но прежде всего качественный состав украинских мигрантов в Россию и в страны европейского Запада: в Россию едут малоквалифицированные работники, которые рассматривают свою работу в России как временные заработки, живут там в скверных условиях, работают за гроши; в европейские же страны попадают как правило квалифицированные украинцы, условия проживания там и заработки  намного выше тех, что предлагают в России, и украинцы в Европе склонны оставаться там как можно дольше (если не навсегда). Совместные исследования учёных наших двух стран в упомянутой и многих других сферах самым решительным образом могут повлиять на решение проблем украинско-российского сотрудничества. Главное: уметь выслушивать точку зрения российских коллег и понуждать их к тому же. На политиков в этом смысле особо рассчитывать не приходится, особенно если учитывать достаточно туманные перспективы значительных позитивных перемен на нашем политическом поле. Ученым не свойственно прибегать к сиюминутным оценкам, а политики, похоже, только этим и занимаются. 

Какие глобальные изменения  в существующий миропорядок принесут последствия мирового кризиса и каким образом это повлияет на взаимотношения Украины и России?

Боюсь, что это кризис скорее цивилизационный, нежели чисто экономический. Об это мне приходилось слышать от специалистов по глобалистике где-то десять лет назад.  Они считали, что европейская цивилизация себя исчерпала и постепенно сходит с цивилизационной арены. Если это так, то на самом деле нынешний экономический кризис – это всего лишь проявление системного цивилизационного кризиса. Каждая цивилизация когда-то уходила. Так было с древнеегипетской и древнегреческой цивилизациями (древнеримская многое унаследовала от последней). Не забудем и о древней иудейской цивилизации, которая оставила громадный след в мировом развитии. Но и она ушла, напоминая сейчас о себе лишь иудаизмом как религией. Если и вправду мы имеем дело с постепенной сменой цивилизаций, то нам следует быть готовыми к  такому повороту в мировому развитию. Нынче афроамериканец стал президентом США, но ведь этому предшествовали знаковые сдвиги в формировании элиты страны (в течение последних десятилетий афроамериканцы занимали немало ответственных постов в истеблишменте Соединённых Штатов). Можно предположить с определённой долей вероятности), что в Украине будет быстро развиваться Крым с усилением там влияния крымско-татарской составляющей). Если европейская раса теряет своё влияние (я не утверждаю это со стопроцентной уверенностью, но всё же...),  то мы по-иному должны рассматривать усиление Китая или Индии (и не только в экономической сфере). Не будем забывать, что на огромной территории России гораздо больше неевропейского этноса, чем в Украине.

Поверхностные оценки мирового кризиса как чисто экономического ущербны ещё и потому, что его цивилизационная подоплёка  состоит в том, что терпит крах фетишизация общества потребления. А это, между прочим, в значительно меньшей степени присутствует в упомянутых Китае и Индии.

Случайно ли давно уже зафиксированное снижение рождаемости коренных народов в Европе? Численность населения в европейских странах поддерживается исключительно за счёт мигрантов. Недавно на заседании ЭКОСОС (экономический и социальный совет ООН) представители Индии говорили, что ООН популяризирует индекс человеческого развития, используя критерии, харатерные для европейской цивилизации. Индийцы возмущались тем, что им это навязывают . «У нас, – утверждали они, – совершенно другие ценности, другие приоритеты». Цивилизационная составляющая сейчас заявляет о себе громче и громче. В любом случан игнорировать это уже нельзя. Вспомним: мы не так далеко ушли от древних цивилизаций в своем государственном устройстве и в устройстве жизни. Европейская цивилизация жертвенность никогда не ставила во главу угла в отличие от восточных цивилизаций.

Я акцентирую внимание на этом еще и потому, что отношения Украины и России в  нынешнем цивилизационном контексте приобретают совершенно особое значение. Тем более что Россия чрезвычайно многообразна (в том числе и в цивилизационном смысле).  Здесь более чем уместна известная фраза Леонида Кучмы «Украина – не Россия».