dc-summit.info

история - политика - экономика

Суббота, 18 Августа 2018

Последнее обновление в09:39:25

Вы здесь: Проекты Диалог Грузия вновь на перепутье. Часть 2. Что было, что будет, чем сердце успокоится. И успокоится ли?

Грузия вновь на перепутье. Часть 2. Что было, что будет, чем сердце успокоится. И успокоится ли?

Грузия вновь на перепутье. Часть 2. Что было, что будет, чем сердце успокоится. И успокоится ли?

Итак, что оставил в наследство новой власти режим Саакашвили?

Вроде бы проводились обещанные реформы экономики, но при этом  основные показатели социально-экономического развития никакого развития не фиксировали. Внешний долг страны дошел до 11 миллиардов долларов, а уровень безработицы составил 16%. (для сравнения в Украине, которая в экономической сфере переживает далеко не лучшие времена, указанный показатель равен 7%).

Вспоминаю 2004 год, когда я посетил грузинское министерство экономики, которое возглавлял Каха Бендукидзе. Его заместитель, характеризуя тогдашнюю экономическую политику, гордо говорила о намерении сделать из Грузии кавказский Сингапур. А её шеф, сколотивший свое немалое состояние в России, выдвинул лозунг: «Грузия должна продать всё, кроме совести». И продавали. Правда, не очень-то думая о совести. В частном владении оказались ключевые для экономики инфраструктурные объекты, в том числе Поти – один из двух морских портов страны, все железные дороги, электростанции… Удивительно, но 90%  заведений, занимающихся медицинским обслуживанием населения, тоже оказались в частных руках. Всего в Грузии продали 4 тысячи различных объектов на сумму 1,3 миллиарда долларов.

Впрочем, грузинские реформаторы в своих действиях не были оригинальными. Они просто старательно следовали либеральным экономическим принципам: частный собственник (для которого главное – получение максимальной прибыли)  значительно лучше управляет объектами, чем государство (оно, если блюдет интересы своих граждан, должно озаботиться их доходами, ростом занятости, отсюда и сбором налогов). Но основой ВВП Грузии стали не налоговые поступления, доходы от приватизации и внешние заимствования.

То, насколько эффективно проводилась приватизация в Грузии, характеризует история с портом Поти. Вначале его купила одна компания из Объединенных арабских эмиратов, пообещавшая инвестировать средства в порт и сопутствующие структуры, создание  тысяч рабочих мест. Но ничего из этих обещаний выполнено не было. Дельцы из ОАЭ вскоре переуступили свою новую собственность датскому холдингу, который обещал вложить в портовую инфраструктуру 65 миллионов долларов и соответственно создать рабочие места. Обещания остались невыполненными.

За официальными цифрами роста ВВП на 12% (главным образом за счет доходов от приватизации и внешних заимствований) скрывался один неприятный факт: реальный сектор экономики Грузии фактически не развивался, а грузинский экспорт был меньше импорта в 4-5 раз. Показательно, что одной из основных статей грузинского экспорта  значились легковые автомобили, которые, как известно, Грузия не выпускала. Речь шла, оказывается, о реэкспорте. Можно привести еще один пример манипуляций с показателями по экспорту: в 2009 году второе место экспорта принадлежало… металлолому. Что же до традиционных составляющих грузинского экспорта – вода «Боржоми» и  знаменитые вина, то их доля в экспорте измеряется несколькими процентами.

Тема отдельного разговора – манипуляция отчетностью о занятости. Официальная статистика дает такие цифры: в промышленности занято 8% населения, в сфере услуг – 35% , а в сельском хозяйстве – 55,6%. Другими словами, Грузия − страна с явным аграрным уклоном. А где же тогда продукция аграриев? Ведь две трети потребляемой пшеницы Грузия ввозит. Импортируются также мясо, сахар, подсолнечное масло. Чем же заняты упомянутые 55,6% населения?  И другой вопрос: куда идут многомиллиардные инвестиции, если на долю аграрного сектора приходится всего 1% кредитования? Что-то не получается кавказского Сингапура. А остаются гигантские долги, регресс экономики, нижайший жизненный уровень большей части населения.

Не позавидуешь новой грузинской власти, которая, впрочем, радикально ничего изменить не сможет. Ни философ по образованию Гия Маргвелашвили (тем боле что полномочия президента теперь значительно сужены), ни новый премьер-министр 31-летний международник, выпускник Сорбонны Ираклий Гарибашвили. Тем более что за время пребывания у власти «Грузинской мечты» уже наметилось некоторое разочарование ее электората. Свидетельство тому – свыше 20%, которые набрал на президентских выборах кандидат от «Единого национального движения». Есть и еще одна деталь: ведь на прошлогодних парламентских выборах народ голосовал скорее за личность самого Бидзины Иванишвили, чем за его достаточно аморфную, собранную из кусочков «Национальную мечту». И его уход в тень  возвращает некоторую интригу. Одно, видимо, не вызывает сомнений: внешнеполитический вектор Грузии вряд ли претерпит изменения. Непроясненной остается и такая проблема: состоятся ли судебные процессы над деятелями режима Саакашвили и, прежде всего, – над ним самим в связи с причастностью к гибели зимой 2005 года бывшего премьер-министра Зураба Жвания, который в отношениях с Россией был если не голубем, то уж никак не ястребом? Но такие процессы, если и состоятся, могут лишь отсрочить ответы на главные вопросы, которых вправе ожидать Грузия: улучшится ли жизнь, когда следует ожидать этого улучшения и насколько новая власть готова выполнять обещания, данные на выборах