dc-summit.info

история - политика - экономика

Воскресенье, 19 Ноября 2017

Последнее обновление в09:39:25

Вы здесь: Проекты Диалог Грузия вновь на перепутье. Часть 1. Мечта или реальность?

Грузия вновь на перепутье. Часть 1. Мечта или реальность?

Грузия вновь на перепутье. Часть 1. Мечта или реальность?

Эти мои мысли и рассуждения, хоть и имеют побудительным стимулом недавние события, но проникнуты давним интересом ко всему, что связано с этим краем. Вот уже полстолетия я так или иначе погружаюсь в историю и повседневное бытие Грузии, где у меня еще остались друзья (увы, их по естественной причине становится всё меньше), а родственников не осталось вовсе. Когда в конце 1960-х годов, уже основательно погруженный в прошлое этой страны, ее историю и культуру, я впервые попал в Грузию, то удивил новых друзей и знакомых осведомленностью в том, что происходило тогда. Один из них полушутя, полусерьезно заметил: «Ты о нас слишком много знаешь...» На что я в тон ему ответил: «Пора меня уже убирать?».

Завершившиеся на днях президентские выборы в Грузии, результатов которых с нетерпением ожидали и в этой стране, и далеко за её пределами, обошлись без неожиданностей. Но в то же время они не очень-то прояснили внутриполитическую ситуацию, хотя в период предвыборной кампании политики и эксперты  (как грузинские, так и зарубежные) старательно создавали некий флёр ожиданий.

Разумеется, памятны были парламентские выборы, которые практически сокрушили режим Саакашвили и его «Национальное движение». И вроде бы речь теперь была лишь о технической стороне дела. Тем более, что силами самого победителя «революции роз» система политической власти в последний год была существенно перекроена в расчете на благополучную трансформацию власти в пользу «Единого национального движения». Но, видно, прошлый режим был настолько ослеплен своим всесилием, что оказался неспособным даже просто просчитать все варианты перехода на парламентско-президентскую форму правления с низведением роли президента к минимуму.

Итак, как и ожидалось, всё определилось уже в первом туре: с большим преимуществом победил Георгий Маргвелашвили − креатура нынешнего премьер-министра Бидзины Иванишвили. Как политик новоизбранный президент ничем особо себя не проявил. Философ по образованию, в правительстве «Грузинской мечты» он был министром образования. Впрочем, по ныне действующей конституции пост президента, если и не сопоставим с декоративным статусом президентов, скажем, Германии или Италии, то полноты власти он лишен.

Исход выборов был предсказуем, поскольку правящая «Грузинская мечта» еще не накопила массового недовольства. Но то, что на второй позиции оказался Давид Бакрадзе, ставленник Саакашвили, если и не было сюрпризом, то, по крайней мере, свидетельствует о том, что «Национальное движение» еще рановато отправлять в небытие. Это тем более актуально, если принять во внимание, что триумфатор Иванишвили заявлял, что более не будет возглавлять правительство.

В числе первых Георгия Маргвелашвили приветствовала президент Литвы Даля Грибаускайте и пригласила его в Вильнюс на саммит Восточного партнерства – на тот самый, который в ноябре собирается оформить Соглашение об ассоциации Украины с Евросоюзом. В приветствии говорится, что «Грузия выдержала еще одно испытание демократией, и я искренне надеюсь, что на вильнюсской встрече мы вместе сможем закрепить европейский выбор Грузии». Такой вот аванс, который, как и обычно бывает со всеми авансами, надо отрабатывать. Но в этом приветствии присутствует и многозначительное выражение «еще одно испытание демократией», что, видимо, означает, что 10-летнее правление Саакашвили был подобным испытанием.

Правда, «Революция роз», которая низложила аморфный режим Эдуарда Шеварднадзе, была куда как демократичнее, чем, скажем, бесчинство Звиада Гамсахурдиа и его отрядов, вызывавших в памяти штурмовиков Рема в Германии начала 1930-х годов. Но законности, как и во всякой революции, там искать не приходилось. В начале правления Саакашвили мне случалось в Грузии слышать сравнения тогдашнего режима с Грузинской демократической республикой начала 1920-х годов, когда ее возглавлял Ной Жордания. Правда, люди, с придыханием говорившие о том времени, несколько смущались, когда я напоминал о том, что Жордания был одним из первых марксистов в Грузии, одним из руководителей марксистской организации «Месаме даси», являлся не только членом РСДРП, но и состоял в ее руководстве. Правда, затем стал меньшевиком в той самой РСДРП, хотя сути это не меняло. Примерно в той же степени можно облагораживать деяния «укапистов» и «боротьбистов» в нашей украинской истории прошлого столетия.

Внешне, для неопытного глаза всё в Грузии времен Саакашвили было вылизано и подметено. Фасады зданий на центральных магистралях Тбилиси сияли, что  особенно радовало глаз после разрухи 1990-х годов. Стены зданий, связанных с размещением правоохранительных органов, были сплошь застеклены, якобы для того, чтобы всем была видна деятельность этих органов. Полиция и гаишники были сформированы заново, получив оклады, на порядок превышавшие обеспечение других госслужащих, не говоря уже о простых гражданах. Увы, на всё, что касалось благосостояния этих самых граждан, средств катастрофически не хватало. Да и откуда им было взяться: экономика страны практически не развивалась, а зарубежные кредиты уходили преимущественно не только на упомянутые «полицейские» расходы, но и, скажем, на сооружение президентского дворца, здание парламента в Кутаиси. Кстати, сейчас выяснилось, что из 6 миллионов долларов президентского фонда осталось лишь 3 тысячи.  Немалые средства из бюджета шли на функционирование пенитенциарного сектора, непомерно разросшегося после «революции роз». Вошел в практику так называемый принцип нулевой толерантности, согласно которому не только за любое нарушение закона, но просто за подозрение в нарушении можно было угодить в тюрьму и пребывать там неопределенно долго. О том, каким пыткам там подвергались заключенные, мир узнал год назад, и это во многом  предопределило крах режима. Не лишним будет напомнить и о таком широко распространенном в Грузии юридическом понятии, как пробационеры (иначе говоря, условно осужденные). В эту категорию попали сотни тысяч жителей страны, что для такого небольшого государства является катастрофичным.

Беда Саакашвили состояла еще и в том, что он совершенно утратил чувство реальности и опирался главным образом на аппарат подавления: разгоны протестных демонстраций и митингов стали нормой (видео и фото об одном таком событии в мае 2011 года обошли мировые медиа), а его мнение об интеллигенции, выраженное в циничной форме: «ее следует слить в унитаз» не нуждается в комментариях.

Парадная витрина Грузии была ориентирована на внешний мир, но, понятно, не на большинство её граждан, которые были унижены не только без преувеличения нищенским существованием, но отсутствием положительных перспектив. Разруха 1990-х, наскоро закамуфлированная, определяла многое. В домах, где срезали батареи центрального отопления, привыкли обогреваться  и нагревать воду, как в военные годы. Шикарные магазины и первоклассные отели на центральных магистралях не вызывали ничего, кроме безысходности. Жилье советской поры пришло в полную негодность, но о ремонтах можно было и не мечтать, а многие тбилисские улочки стали больше походить на натуру для киносъемок, которую прежде надо было хорошо поискать. Выбоины на дорогах  и тротуарах усиливают это впечатление.

Постоянной работой обеспечена лишь часть населения, случайные заработки не спасают, пенсии минимальны, а цены меняются лишь в сторону возрастания. Несколько десятилетий назад трудно было себе представить пожилую грузинку, просящую милостыню на тбилисской улице или в метро. Сейчас это не редкость.    

Во внешней политике Саакашвили однозначно и бесповоротно держал курс не просто на Запад; стрелка его компаса постоянно глядела на Вашингтон. Отношения с Россией, осложненные еще во времена Гамсахурдиа и Шеварднадзе (особенно в результате абхазской войны), после «революции роз» вполне можно было хотя бы стабилизировать. Но упомянутая стрелка компаса не оставляла на это надежд, хотя мудрый политик мог бы какое-то время лавировать: ведь экономически Грузия в большой мере зависела от России, а влиятельная грузинская диаспора в Москве могла в какой-то мере сглаживать острые углы. Всё окончательно разрушили магические цифры 08-08-08, и тут уж впору поверить в нумерологию. Видно, и Саакашвили зациклился на фатуме и своей мессианской роли. Разумеется, выиграть не только эту войну, но и хоть как-то сохранить лицо у него не получилось. А известная попытка сжевать галстук лишь подчеркнула его полубезумное состояние и полную политическую несостоятельность. Увы, стране предстояло пожинать плоды авантюры еще долгие пять лет. Впрочем, пятью годами, к сожалению, дело не ограничится.

Надо признать, что пропагандистский аппарат бывшего президента работал достаточно успешно. Впрочем, рецепт подобной пропаганды был хорошо известен еще в советские времена, когда многие западные либерально ориентированные интеллектуалы и журналисты, попадались на удочку, когда их возили по так называемым объектам показа, выдавая это за повседневность. Украинские современные медиа, практически лишенные интеллектуального начала, посещая Грузию, и вовсе, что называется, пускали слюни. Тем более что преимущественно это были особи женского пола, а галантному обращению с девушками грузинских парней учить не надо. В круговороте комплиментов и угощений на фоне очаровательной природы, помноженных на показы того, как буквально за несколько мгновений можно получить паспорт или другие не менее важные документы, делали свое дело. Свою искреннюю благодарность и восхищение наши журналисты (а чаще всего журналистки) изливали в пространных репортажах и путевых заметках, по оптимистическому восприятию увиденного очень уж напоминали публикации, скажем, Анри Барбюса и Лиона Фейхтвангера, посещавших СССР в конце тридцатых годов прошлого столетия. 

Продолжение следует…